Архив сайта
Декабрь 2017 (30)
Ноябрь 2017 (13)
Октябрь 2017 (21)
Сентябрь 2017 (28)
Август 2017 (45)
Июль 2017 (42)
Календарь
«    Январь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Самым богатым языком в мире на матерные слова является, возможно, русский язык. Сами русские говорят об этом с гордостью. Так ли, нет ли, но легко заметить и то, что любой кавказец, в том числе черкес, за которым до сих пор в сознании россиян держится понятие злобного, необузданного существа, чтобы обругать своего соплеменника, с кем только что говорил на родном языке, переходить на русский.

Русский язык на уровне подсознания нацеливает на враждебность?





























Действительно любое, даже самое, казалось бы, безобидное слово может в речи моментально получить негативный окрас. И, как правило, это происходит тогда, когда нейтральное, по сути, понятие переносится на человека. Например, «ты что стоишь, как столб?», «ты – пень?», «ты – шкаф» и т.д.

Интересно в этом смысле слово «зараза». Раньше он значило то, что сегодня именуется словосочетанием «заразные заболевания», теперь чуть ли не исключительно – плохой человек. То же произошло и со словом «гад», оно было наименованием разряда животных, которые сегодня зовутся «пресмыкающимися», но в свое время «испортилось». Как сегодня активно портится слово «пресмыкающиеся».

Или можно попробовать слово «настоящий (ая)» в сочетании с названиями животных как домашних, так и диких. Настоящий пес, настоящая собака, настоящий кот, настоящая кошка, настоящая корова, настоящий бык, настоящий козел, настоящая коза, настоящий баран, настоящая овца, настоящая курица, настоящий петух, настоящая утка, настоящий селезень, настоящий гусь, настоящая гусыня, настоящий индюк, настоящая индейка, настоящий лев, настоящая львица, настоящий тигр, настоящая тигрица, настоящий олень, настоящая лань и т.д. Хотя лань – это другое животное, нужно говорить «ланка».

Выделим среди приведенных словосочетаний наиболее ярко окрашенные и часто употребляемые применительно к человеку. Настоящая собака, настоящая корова, настоящий козел, настоящая коза, настоящий баран, настоящая курица, настоящий петух, настоящая гусыня, настоящий индюк, настоящий лев, настоящая львица, настоящий тигр, настоящая тигрица.

Что можно видеть в данном укороченном перечне?

Первое и главное – яркий негативный окрас приобретают наименования травоядных животных, где исключением является «собака». Хотя и в нем может содержаться положительный оттенок в смысле – «преданное существо». Даже название «олень», а это животное на Кавказе именуется благородным («кавказский благородный олень»), спроецированное на человека, означает человека недалекого.

И наоборот – величайшим комплиментом является сравнение любого из людей со львом, львицей, тигром, тигрицей и т.д. Менее похвально быть медведем, медведицей, волком, волчицей, лисом, лисицей. Но это, видимо, от того, что данные животные, обитающие рядом, еще не успели приобрести соответствующие новым стандартам значения. Правда, и в этом разряде находятся исключения, например, шакал, гиена и т. д.

В целом же картина удручающая. Язык, согласимся, стимулирует агрессию. Для сравнения «Лев Черкесии» – так на русском языке звучит почетное имя Кизбеча Шеретлука, знаменитого черкесского полководца времен Русско-Кавказской войны, которое может быть переведено на язык черкесов как «Адыгэмэ я Блан», что дословно значит «Лань Черкесов». И ведь действительно лань, имеется в виду спутница того оленя, что зовется благородным, в отличие от льва, должна обладать несравнимо большим отвагой, чтобы противостоять окружающим ее угрозам.

Это как картинка из современной российской действительности: вооруженный полицейский преследующий, например, бабушку, посмевшую просить милостыню у бойкого торгового места – мужественный борец с преступностью, а сама бабушка – кроме того, что является отъявленной бандиткой, еще и безнадежная трусиха.

Для сравнения в черкесском языке вышеперечисленные названия животных, включая сюда осла, ишака и других, не приобретают негативное значение. Исключение составляет лишь «собака», у названия которой положительного оттенка не наблюдается. А еще, пожалуй, корова, которая, скорей всего, стала нести отрицательное значение лишь благодаря активному существованию в речи двуязычных черкесов русского эквивалента.

Но русский язык не останавливается на достигнутом. Сегодня можно легко услышать, к примеру, такой разговор двух милых девушек. Одна: «Где шлындалась?» Ее подруга: «Шарилась по магазинам». Перевод с русского на русский: «где была?», «ходила по магазинам». И это произносится девушками как бы с юмором, тепло и дружески. То есть одновременно происходит и замена нейтральных, вполне «нормальных» слов на «враждебные» – с закреплением за ними вредоносного заряда.

В черкесском языке (адыгабзэ) есть антонимические понятия «гущыIэ дах» и «гущыIэ гуау», то есть «красивые слова» (добрые) и «слова вредоносные». О «гущыIэ дах» много пословиц и поговорок. К примеру, есть такая «ГущыIэ дахэм цу одыр ятIэм хещы» – «Доброе слово худого буйвола из грязи выводит». О «словах вредоносных» трудно что-либо подобрать, но есть поговорка просто о слове: «Чатэм пиупкIырэр мэкIыжьы, гущыIэм – кIыжьрэп», «Что отрезает меч заживает, что слово – не заживет».

То есть, с одной стороны, слова могут придать сил не понимающему их смысла животному, с другой, быть смертоносными, как обоюдоострый меч. Видимо, действительно, как это сейчас и отмечается в некоторых исследованиях, слово структурирует воду, в том числе ту, что в организмах, даже самых примитивных. Когда к нам обращаются с добрым словом, соответственно изменяется наша вода, и нам становится приятно, когда наоборот – мы испытываем обиду, досаду, гнев и т.д.

И «убивают» вредоносные слова, как того человека, кому они адресованы, того, кто их применяет, так и просто случайных прохожих, животных, находящихся рядом, деревья, растущие неподалеку и т.д.. При этом, возможно, вредоносное слово более беспощадны, чем, скажем, курение, выхлопные газы, потребляемая нами химия и т.д. Правда, и здесь наверняка срабатывают какие-то защитные механизмы организма, при том, что и воздействие добрых слов становится значительно сильней.

Да, но что делать с этой напастью, если, конечно, поверить в изложенное выше?

Язык – лишь отражение того, в какой субстанции находится общество. Нужно, прежде всего российскую «демократию» заменить на простую – общечеловеческую. Для этого, например, можно использовать предстоящие президентские выборы – преодолев брезгливость, неверие отправиться на свой избирательный участок.

Беда с русским языком началась примерно 500 лет назад, может быть, даже раньше, и его «излечение», разумеется, не будет моментальным. Поэтому нам, черкесам, да и вообще «нацменам» в течение всего этого периода следует чаще говорить на своем языке. Станем чуть лучше себя нынешних, чуть дольше и чуть счастливее будем жить.

Аслан Шаззо,

Натпресс
 (голосов: 3)
Опубликовал admin, 23-12-2017, 12:09. Просмотров: 411
Другие новости по теме:
К этимологии адыгских субэтнических названий «бжедуг, шапсуг»
К этимологии фамилии адыгской «Хашир», «Хаширов»
Аслан Шаззо: Что «несет» из древности адыгов «собака»
Аслан Шаззо: Этимология черкесского слова «Бог» восходит к эпохе матриархат ...
Эльвира Кулокова: Возведение памятника Александру II в Сочи – это настоящий ...