Архив сайта
Июнь 2018 (7)
Май 2018 (10)
Апрель 2018 (10)
Март 2018 (10)
Февраль 2018 (11)
Январь 2018 (12)
Календарь
«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Аннотация: Одной из самых актуальных и сложных задач адыгской (черкесской) топонимии является восстановление и изучение исторических географических названий, утраченных в связи с трагическими событиями ХIХ в.: Кавказской войной, колонизацией и выселением основной части адыгов в Османскую империю. В результате этих процессов топонимия исторической Черкесии была сильно изменена. Важнейшим источником по изучению адыгской исторической топонимии Западной Черкесии являются русские военные документы и карты времен Кавказской войны ХIX в., которые до сих пор недостаточно использовались. В статье характеризуются источники, содержащие материал по изучению адыгской исторической топонимии ХIX в. и рассматриваются некоторые проблемы сбора, восстановления и изучения утерянных географических названий.

Ключевые слова: топонимия, Черкесия, адыги, нарты, Уруп, Нартпсихо, карты, Шунтук, Хаджох.


Нурджан Емыкова: Историческая топонимия Черкесии ХIX в. по русским военным документам

Русские военные документы и карты времен Кавказской войны ХIX в. являются важным источником по изучению исторической адыгской топонимии Западной Черкесии, который до сих пор недостаточно востребован. Адыгские и абазинские ученые-лингвисты Дж.Н. Коков, К.Х. Меретуков и С.Х. Ионова при исследовании адыгских и абазинских географических названий и составлении топонимических словарей, в большей степени, опирались на накопленный ими богатый полевой материал, на сохранившиеся в фольклорных произведениях названия гор, рек, урочищ, и в меньшей – на топонимы, зафиксированные в исторической литературе и военных документах. В итоге огромный пласт адыгских исторических географических названий, значительная часть которых утрачена на родном языке, остаются неисследованными.

Воссоздание достоверной и достаточно полной топонимической картины Северо-Западного Кавказа, мест расселения западных адыгов в ХIX в., уточнение локализации многих географических названий и населенных пунктов представляется необходимым и важным для лучшего понимания исторических, этнологических, лингвистических и культурологических процессов, происходивших в переломный период адыгской истории. Восстановление адыгской топонимии Черкесии ХIX в. актуально еще и для более глубокого изучения географических названий, упоминающихся в различных зарубежных источниках, начиная с античных времен. Кроме того, составление более полной номенклатуры адыгских топонимов ХIX в. поможет исследованию огромного пласта современных славянских названий, образованных на адыго-абазинской топооснове, и лучшему пониманию их происхождения и значения.

Основными источниками для исследований по данной теме являются русские военные документы ХIX в.: рапорты и доклады о ходе военных действий, материалы по «описанию местностей» военных топографов и геологов, где зафиксированы многие адыгские названия, существовавшие до их переименования, и даются характеристики описываемых объектов, а также многочисленные карты. Сохранившиеся в них адыгские названия (при всех неточностях и искажениях) позволяют идентифицировать тот или иной забытый топоним с конкретным местом и с помощью информации, сохранившейся в языке и фольклоре, реконструировать его смысл. Порой одно, случайно зафиксированное, название речки или урочища может помочь восстановить целый пласт знаний, связанных с данным местом и выстроить ряд подобных ему локальных топонимов.

Характеризуя источники, используемые нами, следует отметить их разброс – названия рек, гор, урочищ, населенных пунктов могут находиться в совершенно различных документах. В основном это архивные документы Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Центрального государственного исторического архива Грузии (ЦГИАГ), Государственного архива Краснодарского края (ГАКК). Наиболее информативно насыщенными в плане изучения адыгской исторической топонимики являются «Журналы военных действий» различных отрядов, рапорты, сообщения и донесения командующих войсками, военные карты, отражающие маршруты походов, а также «Сведения о местностях», составленные военными топографами. В них фиксировались не только названия рек, гор и лесов, но и большое количество микротопонимов, характерных только для данной местности.

Важную информацию содержат составленные в разные годы ведомости и списки мирных аулов Бесленея, Бжедугии и Темиргоя. В них, кроме названий населенных пунктов и места их расположения, имеются сведения о владельцах, количестве семей, числе душ мужского и женского пола и т.д.

Часть архивных материалов из названных архивов опубликована. Наибольшую ценность для изучаемой темы из дореволюционных публикаций представляют «Акты, собранные Кавказской археографической комиссией» (АКАК) под редакцией А.П. Берже, изданные в 1866-1904 гг. в Тифлисе в 12-ти томах.

Богатый материал для данной темы содержат «полковые» истории различных подразделений российской армии, воевавших на правом фланге Кавказской линии (Апшеронского полка, Тенгинского полка, 44-го Нижегородского полка, Кабардинского полка и др.). При их написании составители широко использовали документы различных архивов и мемуарную литературу. Это воспоминания так называемых «кавказцев» – участников военных экспедиций, периодически печатавшиеся в русских журналах ХIХ в.: «Военный сборник», «Кавказский сборник», «Русский архив», «Кубанский сборник» и др. В них зафиксированы не только названия речек, урочищ, лесов, гор и населенных пунктов в период проведения военных операций, но и подробные описания местности, которые помогают точнее локализовать тот или иной топоним.

Значительный материал по изучаемой проблеме дают историко-этнографические описания Черкесии, которыми насыщена кавказоведческая литература XVIII – начала XX вв. Множество важных для исследуемой темы фактов, названий и имен содержат труды И.А. Гюльденштедта, П.С. Палласа, Ю. Клапрота, С.М. Броневского, Л. Люлье, И. Дебу, А. Берже, Г. Новицкого, К. Сталя, Султана Хан-Гирея и др. Не менее значимыми источниками являются сведения, имеющиеся в работах кубанских авторов Ф.А. Щербины, А.Н. Дьячкова-Тарасова, И.Д. Попко, Е.Д. Фелицына и др.

Большой объем информации по топонимии можно найти в современных сборниках архивных материалов и документов о Кавказской войне и выселении черкесов (адыгов) в Турцию, составленных Т.Х. Кумыковым, А.В. Сивером и А.А. Черкасовым, С.Х. Хотко и др.

Полное топонимическое изучение территории Черкесии ХIХ в. невозможно без картографического материала, поскольку карты являются наиболее подробным источником географической номенклатуры. Военные карты позволяют собрать богатый топонимический материал, привязанный к той или иной местности. В данном исследовании мы использовали десятки карт, охватывающих практически всю площадь территории исторической Черкесии. Карты следования отрядов во время военных экспедиций, маршруты движения войск содержат большое количество микротопонимов, не встречающихся в журналах военных действий и других документах и позволяют локализовать местонахождение исчезнувших аулов.

Первоначальная обработка части перечисленных источников показала, что в них находится большое количество названий рек, лесов, гор, урочищ и населенных пунктов. В настоящее время нами уже выбрано и обработано более 5 тыс. адыгских топонимов, из которых около половины составляют названия населенных пунктов. Надо отметить, что около 90 % собранного материала не вошло в современные топонимические словари и не изучено.

Собранные исторические географические названия мы предварительно распределили по основным этническим группам адыгов и территориям их расселения в XIX в. Все округа разделены и названы в соответствии с их делением, принятым в русских источниках: «Абадзехи», «Бесленей» (в том числе «Абаза» и «Беглые Кабардинцы»), «Бжедуги», «Большой Шапсуг», «Малый Шапсуг», «Натухай», «Темиргой» (в том числе «Мамхег», «Хатукай», «Егерукай» и «Махош»), «Джигеты» и «Убыхи». Следует отметить, что границы между этими этническими группами достаточно условны и размыты.

В каждой группе топонимов, относящихся к тому или иному округу, в алфавитном порядке представлены два подраздела: 1) названия рек, гор и урочищ и 2) названия населенных пунктов. Каждое географическое название сопровождается информацией о его местонахождении и характеристикой с указаниями источников, откуда взяты эти сведения и описаниями, которыми они сопровождаются в данных документах. Так, к примеру, топонимика Абадзехии содержит два раздела: 1) «Абадзехи (горы, реки, леса, урочища)» и 2) «Абадзехи (аулы)», а в случае с Темиргоем, когда в княжество входили разные этнические группы, основной материал распределяется следующим образом: «Темиргой (реки, леса, урочища)», а названия аулов подразделяются на этнические группы, входившие в данное княжество: Темиргой, Хатукай, Махоши, Егерукай и т. д. Такое распределение материала, на наш взгляд, является наиболее удобным и позволяет более четко представить себе территорию того или иного округа, особенности его топонимии, а также количество населенных пунктов и их расселение.

Упоминание одних и тех же названий мест или аулов в разных источниках по различным поводам в течение всего XIX в. дает возможность отобразить историю данного места или населенного пункта. В случае с аулами можно проследить их историю на протяжении всего столетия: первоначальная локализация, зафиксированная в документах и картах, уничтожение, переселение в пределах Черкесии, выселение в Османскую империю и т.п.

При изучении исторической топонимии Черкесии XIX в. по русским военным источникам перед исследователем встают несколько сложных задач, главная из которых связана с искаженной фиксацией адыгских географических названий и имен. Фонетически сложные звуки в адыгском языке сложно записать без изменений на любом другом языке, в том числе и русском. В итоге многие топонимы в русской транскрипции оказались измененными до неузнаваемости, и если не сохранилась их адыгская форма, то сложно их идентифицировать. К примеру, адыгские названия притоков р. Белой (Шъхьагуащэ): Шунтук и Хаджох, утеряны. Современные исследователи, пытаясь восстановить их, придумывают новые, наиболее созвучные русскому написанию варианты, что приводит к неверным толкованиям их значения и еще большей путанице.

В таких сложных случаях в восстановлении адыгской формы названия могут помочь различные варианты фиксации этого названия. Так, р. Шунтук в различных источниках имеет варианты: Чундук [1: 242], Шендук [2], Шедубга [3: 662], Шундуко [4: 345], Вундук [5], Вентухве [6: 196], Ввиди-кко [7: 73], Вондакао [8: 436], Шундук [9]. Для владеющего адыгским языком не сложно догадаться, что два из них – Чундук и Вундук, являются наиболее приближенными к западно-адыгскому (кяхскому) и кабардинскому произношениям одного и того же названия Цундыкъо/Вындыкъуэ, встречающегося не только в Абадзехии, и в Причерноморской Шапсугии. Таким образом, мы получили наиболее приемлемый вариант для идентификации названия Шунтук. Чтобы убедиться в правильности наших предположений, обратимся к его этимологии и посмотрим, насколько значение названия соответствует данному географическому объекту.

Название Цундыкъо/Вындыкъуэ состоит из двух компонентов: цунд/вынд «грач, ворон» и къо «балка, ущелье, речка», и означает «балка, в которой много грачей, ворон», но, возможно, и переносное значение («черная балка»). В данном случае, на наш взгляд, переносное значение «черная балка» является более точным, если иметь в виду, что берега ее сложены из глинистой породы сланца темного-серого и черного цвета.

Другой пример. Современное название притока р. Белой (Шъхьэгуащэ) – Хаджох, в документах указывается в вариантах: Кожау [10: 422], Каджох [4: 344], Кожох [12: 95], Кожок [2] и др. Какой из них наиболее близок адыгскому названию, определить трудно. В таких случаях иногда на помощь приходят данные фольклора и языка, материалы фольклорно-этнографических экспедиций, где исследователями записывались архаичные топонимы, локализация которых была не совсем точной или неизвестной. Так, в рукописном архиве собирателя фольклора Е. Бахова сохранилось название речки Къожьау, близ пос. Каменномостского (Хаджох), которое соответствует одной из первых фиксаций современного Хаджох в форме Кожау. Надо сказать, что даже при точной локализации информатором гидронима Къожьау, сложно было бы его соотнести с современным видоизмененным Хаджох, если бы мы не обнаружили одну из его первых фиксаций на русском языке – Кожау.

Слово Къожьау состоит из двух частей: къо – «балка, ущелье», жьау – «тень, тенистый» и означает «Тенистая балка», «Тенистое ущелье», что в точности отражает географические характеристики двух глубоких балок, ущелий близ пос. Каменномостского, поросших деревьями, на дне которых текут речки.

Приведенные примеры показывает, что в некоторых случаях, сравнительный анализ всех русских вариантов фиксаций того или иного топонима, позволяет восстановить его исконно адыгскую форму и выстроить ряд подобных ему названий.

Одной из самых сложных задач при изучении исторической топонимии Черкесии XIX в. является локализация названий, так как большинство из них переименованы. Особенно это касается рек и их притоков. Возьмем, к примеру, упоминаемую еще в нартском эпосе реку Уарп, которая теперь называется Уруп. Данный гидроним не очень сильно изменился и узнаваем, чего нельзя сказать о названиях притоков реки. Из 35 исторических обозначений притоков Урупа (Уарп, Варп), известных нам по русским военным источникам, на современных картах осталось только семь: Теген, Кува, Картамук, Химичева (Химеч), Кунтимес, Джелтмес (Джельтемес), Бей-Мурза (Кура-Беймурза). Все остальные переименованы. Из адыгских названий притоков реки Уруп, зафиксированных на военных картах – Псажияко [13], Псбхундь [7: 73], Псилбариш [14: 246], Ферзь [15: 335] и др., ни один не сохранился. Такое почти полное переименование адыгских названий притоков реки Уруп не позволяет современным исследователям объективно оценить этнический состав населения данной территории, который зачастую считается только аланским или тюркским.

Комплексное изучение топонимии Черкесии ХIX в. по русским источникам позволяет выявить общие черты, которые нам до сих пор при нынешней исследованности материала не были очевидны. К примеру, вокруг всех известных христианских храмов на реках Теберда, Малый и Большой Зеленчук и Уруп в военных источниках и картах ХIX в. зафиксированы речки: Карданык [5], Карданах [16: 730], Карданек [17: 32], Кардамук [18: 332], Карданиш [14: 247], т. е. Къэрдэныкъо, Къэрдэн ныдж, которые происходят от христианского термина къэрдэн «дьякон», «низший церковный служащий, помогающий священнику при богослужении». Все эти названия речек Къэрдэныкъо и Къэрдэн ныдж означают «балка или низина (долина), где живут карданы, т. е. священнослужители, служители храмов». Некоторые из этих гидронимов стали основой для современных русских названий как, например, станица Кардоникская на р. Малый Зеленчук и др.

Собранный материал позволил точнее локализовать некоторые названия, относящиеся к наиболее архаичному пласту нартской топонимии. В научной литературе они определяются как «фиктонимы» [19: 167], т. е. выдуманные имена или как «эпические топонимы», т. е. «условные» названия, «утратившие свое этимологическое строение и значение» [20: 124]. По картам удалось уточнить местонахождение упоминаемых в адыгском эпосе «Нарты» двух топонимов: Нартпсыхъо (Нартов река) и Дестэ губгъуэ/Дэстэ губгъу (Даста поле).

Рекой Нартов – Нартпсыхъо (Нартпсихо) (по разным источникам: Напсухо [21: 50], Нарт-псххо [7: 80], Напсух [22], Напсуху [23]) называлась современная река Гастогай, впадающая в Витязевский лиман (Анапский район).

Современное название реки Гастогай, судя по военным документам, относилось к одному из верхних притоков р. Нартпсихо. Варианты названия Гастогай также разнятся: Остхгай [7: 80], Гостогай [24], Гастагай [25: 696], Востагай [26: 228], Востогай/Востигай [21: 50], но восстановить его адыгскую форму несложно, т. к. она сохранилась в обиходе. Гидроним Гастогай происходит от адыгского Остыгъай «сосна» и означает «сосновая».

Уточнение местонахождения реки Нартпсыхъо (Нартпсихо) позволяет не только восстановить нартский гидроним, но и лучше понять значения и других названий, связанные с этим местом, в том числе и современных русских. Так, можно предположить, что названия Витязевский лиман, пос. Витязево и Витязевская балка, получили свое название от перевода слова «нарт» на русский язык как «витязь».

Локализация другого нартского топонима – Дэстэ губгъу/Дестэ гуыбгъуэ (Даста-поле), упоминаемого в эпосе в связи с нартом Тхагаледжем, выполнявшим функции бога-покровителя плодородия, изобилия, возделывавшего поля и сады, также была затруднена. В настоящее время это название вышло из употребления и осталось только в нартских преданиях. Разные авторы по-разному определяли его местонахождение: «равнинная местность на восточной окраине а. Ходзь» [27: 87] или «поля, расположенные между Лабой и Ходзем» [28: 159].

С помощью военных карт времен Кавказской войны удалось уточнить местонахождение древнего топонима Дэстэ губгъу/ Дестэ гуыбгъуэ, который до конца ХIX в. оставался в обиходе адыгов. На «Подробной топографической карте театра военных действий правого фланга Кавказской линии (Закубанских народов)», составленной в 1851 году, пространство между реками Ходз и Лаба зафиксировано как Дастогубох [5]. Все выше сказанное позволяет рассматривать этот нартский топоним как производное от древнеперсидского dastа «рука», вошедшего во многие древние языки Востока, и адыгского губгъу/губгъуэ «поле», т. е. «местность, оживленная, освоенная человеком, земля, превращенная в плодородное поле» [29: 14, 21]. Такое толкование Дэстэ губгъу/Дестэ губгъуэ (Даста губга) перекликается с другим подобным ему названием Къэзмэ губгъуэ (Казма губга), которое относится к полю между низовьями рек Урупа и Большого Зеленчука. Считается, что первое слово «къэзмэ» имеет тюркскую основу со значением «копать» и также, как и в первом случае, означает «обрабатываемое поле» [19: 209].

Как показали первоначальный сбор материала и его предварительная обработка, расширенный перечень географических названий исторической Западной Черкесии ХIX в., составленный по русским военным источникам, позволяет нам шире взглянуть на карту и увидеть общие черты и закономерности топонимической картины региона, который сейчас имеет другое административно-территориальное деление: Краснодарский край, Адыгея, Ставропольский край, Карачаево-Черкесия.

Литература:

1. Дебу И. О Кавказской линии. – СПб., 1829. – 504 с.
2. Карта района действий Пшехского отряда в 1862-64 гг. // Архив Центра адыговедения Адыгейского государственного университета. Папка «Карты».
3. Рапорт командующего войсками правого крыла Кавказской линии, ген.-л. Филипсона, генерал-фельдмаршалу кн. Барятинскому, от 21 января 1860 года // Акты, собранные Кавказской археографической комиссией: В 12 т. (Далее – АКАК). – Т. ХII. – Тифлис, 1904. – С. 830-831.
4. Богуславский Л.А. История Апшеронского полка. 1700-1892: В 3 т. – Т. II. – СПб., 1892. – 552 c.
5. Подробная топографическая карта театра военных действий правого фланга Кавказской линии (Закубанских народов). 1851 // Российский государственный военно-исторический архив (Далее – РГВИА). Ф. ВУА. Д. 6760.
6. Торнау Ф.Ф. Воспоминания кавказского офицера. – М.:Аиро-ХХ, 2000. – 368 с.
7. Хан-Гирей. Записки о Черкесии. – Нальчик, 1978. – 333 с.
8. Филонов С. Кавказская война под управлением генерала Емануеля // Кавказский сб. – Т. ХV. – Тифлис, 1894. – С. 327-450.
9. Центральный государственный исторический архив Грузии. Ф. 416. Оп. 3. Д. 1177. Л. 4–4а.
10. Дроздов И. Последняя борьба с горцами на Западном Кавказе // Материалы для истории покорения Западного Кавказа / Сост. У. Берзедж. – Нальчик: ООО «Тетраграф», 2013. – С. 78-112.
12. Потто В.А. История 44-го Драгунского Нижегородского полка. – Т. VIII. – CПб., 1895. – 172 c.
13. Ведомость о числе закубанских мирных аулов. Июль 1842 г. // РГВИА. Ф. 38. Оп. 7. Д. 86. Л. 413 об.
14. Гюльденштедт И.А. Путешествие по России и Кавказским горам // Кавказ: европейские дневники XIII-XVIII веков. – Нальчик: Изд-во М. и В. Котляровых, 2010. – С. 228-246.
15. Доливо-Добровольский-Евдокимов В.Я. Экспедиция 1851-го года на правом фланге Кавказской линии // Кавказский сборник. – Т. 8. – 1884. – С. 308-335.
16. Отношение барона Розена к гр. Чернышеву, от 12 декабря 1831 года // АКАК. – Т. VIII. – Тифлис, 1881. – С. 729-730.
17. Броневский С. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. – Нальчик: «Эль-Фа», 1999. – 223 с.
18. Македонов Л.В. Особые замечания о станицах и селениях нагорной полосы Кубанской области // Бесленей – мост Черкесии. Сборник документов и материалов / Сост. и вступ. статья С.Х. Хотко. – Майкоп: «Полиграф-ЮГ», 2009.
19. Коков Дж.Н. Адыгская (черкесская) топонимия. – Нальчик, 1978. – 316 с.
20. Кумахов М.А., Кумахова З.Ю. Язык адыгского фольклора. Нартский эпос. – М., 1985. – 223 с.
21. Люлье Л.Я. Черкесия. Историко-этнографические статьи // Ландшафт, Этнографические и исторические процессы на Северном Кавказе в ХIХ – начале ХХ века. – Нальчик: «Эль-Фа», 2004. – С. 41-86.
22. Карта Кавказского края. Составлена и литографирована при Генеральном штабе отдельного Кавказского корпуса в 1847 г. Тифлис.
23. Карта следования войск действующего отряда за рекою Кубанью в 1834, 1835 и 1836 годах // РГВИА Ф. ВУА. Д. 6732.
24. Карта следования войск действующего отряда за рекою Кубанью в 1834, 1835 и 1836 годах // РГВИА. Ф. ВУА. Д. 6732. Л. 2.
25. Извлечения из журнала военных происшествий на Черноморской кордонной линии с 31-го августа по 4-е октября 1856 г. // АКАК. – Т. 12. – Тифлис, 1904. – С. 696.
26. Новицкий Г.В. Записка штабс-капитана Новицкого, составлена 15 сентября 1830 г. // Фелицын Е.Д. Князь Сефер-бей Зан – политический деятель и поборник независимости черкесского народа. – Нальчик, 2010. – С. 221-256.
27. Меретуков К.Х. Адыгейский топонимический словарь. – Майкоп, 2003. – 423 с.
28. Афашагов А.Х. История аула Ходзь. – Майкоп, 1998. – С. 159.
29. Еремян С.Т. О рабстве и рабовладении в древней Армении // Вестник древней истории. – 1950. – № 1 (31). – С. 12-26.

Вестник науки АРИГИ №12 (36) с. 88-93.


Нурджан Емыкова: Историческая топонимия Черкесии ХIX в. по русским военным документам
 (голосов: 1)
Опубликовал admin, 5-04-2018, 15:58. Просмотров: 105
Другие новости по теме:
Нурджан Емыкова: О происхождении названия города Майкоп
Этимологию названия «Цемесская» (бухта) можно сделать с помощью черкесского ...
Нурджан Емыкова: «ТхьэчIэгъ» в сакральном пространстве адыгов
Самир Хотко: Анапа. Происхождение названия
Беслан Хагажей: В КБР русский и балкарский языки довлеют над кабардинским