Архив сайта
Октябрь 2019 (17)
Сентябрь 2019 (30)
Август 2019 (33)
Июль 2019 (30)
Июнь 2019 (17)
Май 2019 (16)
Календарь
«    Октябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Аннотация: Исследованию подвергается одна из выдвинутых ранее версий о происхождении этнонима «адыгэ», согласно которой он производится от древнейшего национального имени «атхэ» или его варианта «ат», встречающегося в источниках Аккадкого царства и Древнего Египта. В версию внесены лингвистические уточнения, иначе определены компоненты, которые входят в национальное имя «адыгэ», уточнен их смысл, а также сформулировано мнение по дополнительному, высокому значению, содержащемуся в этнониме.

Ключевые слова: адыгэ, этноним, Адыгагъэ, Адыгэ Хабзэ, атхэ, хатты, атыхэ, хетты, Ловпаче, Брантов, Ногмов, Бог, Тхьэ, дарующий, нарт, ант.


Аслан Шаззо: Этимология этнонима «адыгэ» в свете его дополнительного значения





























The etymology of the etnonym «Adyghae» in the light of its additional meaning


Abstract. One of the earlier etymology concepts of the etnonym “Adyghae” origin is considered. It is a derivative from the ancient national name “atkhe” or its variant “at” which are found in the sources of Akkad kingdom and Ancient Egypt. Some more linguistic accurate definitions are made, the components are defined differently and opinion is formed on additional high meaning of the etnonym.

Keywords: Adyghae,etnonym, Adyghes’ ethics, Adyghes’ moral code, atkhe, Khatts, atikhae, Khetts, Lovpache, Brantov, Nogmov, God, Tkhae, giving, Nart, ant.


Этимологией этнонима «адыгэ» занимались многие исследователи. Главная черта, которая наблюдается в версиях, предложенных ими – несхожесть в прочтении компонентов, входящих в этноним, большой смысловой разброс, обнаруживающийся между ними. Это является, с одной стороны, показателем древности компонентов, с другой, такой их многозначности, которая сформировалась на самом раннем этапе его существования.

Но содержится в этнониме «адыгэ» еще одна особенность, которую, думается, нельзя не учитывать при его этимологии. От него образовались такие важные для самосознания адыгов (черкесов) понятия как «Адыгагъэ» и «Адыгэ Хабзэ». Именно благодаря этим понятиям любой из членов черкесского мира с гордостью говорит: «Я адыг». И неслучайно сегодня слова: «адыгэлI» – «адыгский мужчина», «адыгэ бзылъфыгъ» – «адыгская женщина» являются не столько определениями национальной принадлежности человека, сколько показателем его высоких нравственных качеств. Нечто намекающее на данный феномен отражается другими языками, пожалуй, лишь словом «черкешенка». И, конечно, для возвышения этнонима на подобный уровень были нужны очень долгий срок и веские основания.

Поэтому в задачи данного исследования войдет обнаружение в вариантах толкования этнонима «адыгэ» таких значений или их оттенков, которые привели бы к прояснению данного уникального явления.

Общая замутненность этнонима «адыгэ» натолкнула некоторых исследователей на то, чтобы искать объяснение его смысла с привлечением иноязычной лексики. Например, так поступил доминиканский монах Иоанн Лукский, посетивший адыгов в первой половине XVII века, который одним из первых попытался объяснить, что значит их самоназвание. Форму «адыгэ» он разделил на компоненты аде-, что по-арабски прочитал как «остров» или «полуостров», а также -хе, что с языка адыгов перевел как «море». В целом он посчитал, что слово «адэхэ» означает «островитяне» [1: 26].

Выдвигались исследователями и до сих пор выдвигаются другие предположения о не адыгском происхождении данного этнонима. Но именно они и вызывают наибольшее недоверие. Возражением, например, на этимологию доминиканского монаха может служить следующее: если даже слово «аде» и было заимствовано в язык адыгов (сейчас словари его не фиксируют [2: т. II, 84]), то должно было произойти это в относительно недавнее время. И упомянутые выше всеобъемлющие понятия «Адыгагъэ», «Адыгэ Хабзэ» не могли успеть сложиться за такой короткий срок.

Известный лингвист и этимолог Нурбий Иваноков поясняет, что этноним «адыгэ» состоит из местоименной формы а- со значением «что», «который», корневой морфемы -ды-, в которой заключена идея «крутой», и суффикса -гэ со словообразовательным значением «субстанция», «предмет, характеризующийся тем, что названо производящим словом». В целом, по мнению Иванокова, «адыгэ» значит «горный», буквально, «субстанция, которая крута».

Корневая морфема -ды- в указанном значении, отмечает он, выступает в форме «ды-сы» – «круто посаженный». Для сравнения он приводит словосочетание «нэпкъы дысы» – «крутой берег», что буквально переводит как «круто посаженный берег». Суффикс -гэ в указанном выше словообразовательном значении, по его мнению, выступает в слове «цагэ» – «ребра», которое он буквально переводит в виде «субстанция с зубьями», «как зубы» [1: 27].

Однако, несмотря на то, что данный этимологический расклад значительно убедительней предыдущего, и в нем, на наш взгляд, имеется скрытый недостаток. С одной стороны, как мы видим, этноним «адыгэ» состоит из компонентов, два из которых можно наблюдать в словах крайне редко, что, по всей видимости, должно указывать на их глубокую древность, с другой, получается, что рассматриваемый этноним, раз оформившись, дошел до наших дней без каких бы то ни было изменений. А такое, согласимся, если и случается, то крайне редко.

Известный адыгский археолог Пшимаф Аутлев, перечислив несколько прошлых этимологических версий, выдвинул и свои. Согласно одной из них компонент а- в этнониме «адыгэ» является именным аффиксом, который выражает «совокупность однородных предметов и отвлеченных понятий». Компонент -ды-, по его мнению, восходит к слову «ты» в значении «отец». По поводу компонента -гэ Аутлев отмечает, ссылаясь на Николая Веселовского, что «слово адыхе состоит из трех частей: а-ды-хе, причем -хе означает множественное число». В целом же Аутлев предложил «в порядке сугубо рабочей гипотезы» этимологизировать этноним «адыгэ» как «отцовский», «отчизна», «земля или страна отцов» [3: 254-259].

Другой адыгский археолог Нурбий Ловпаче в книге «Этническая история Западной Черкесии», сославшись на клинописные источники Аккадского царства, рассказал об истории 5750-летней давности. В ней говорится о царе Уар-Хату и двух подвластных ему народах – хатти и атхэ, которые завоевали трон в Аккаде и основали там несколько новых городов [4: 20, 22]. Ловпаче связал эту историю с преданием, изложенным Зачерием Брантовым в книге «Абадзехский сказ». Брантов вместо названных народов повествует об адыгах или абадзехах, которые в результате 7-летнего нашествия саранчи вынуждены были покинуть свою родину (горы Северо-Западного Кавказа) и уйти «в далекие края». Там они в течение многих столетий жили по соседству с арабами. Однако из-за возникшей, в конце концов, вражды с ними «абадзехи» вернулись «на берег реки Мезмай». Возвращение произошло около 5 тысяч лет назад [5: 25, 26]. То есть и аккадские клинописные источники, и абадзехское предание отсылают примерно в одно и то же время.

Этноним «атхэ» Ловпаче превращает в форму «атыхэ», которую считает переходной и которую одновременно сближает с вариантами Шоры Ногмова (адыхэ, антихэ, атихэ) [6: 58], а затем подбирает к ней родственные слова. «Неслучайно слово «бог» в адыгском языке «тхьэ», – поясняет он, – происходит от «тыгъэ» – солнце. Поэтому и этноним «атыхэ» (современный «адыгэ», озвонченный, видимо, усилиями предков кабардинцев) целый ряд исследователей выводит от «тыгъэ» [4: 23, 24]. В данной цитате, предыдущих сопоставлениях Ловпаче, а также в прочтении Аутлевым компонента -ды- (отец, отечество), как можно полагать, содержится многое из необходимого в обосновании толкования этнонима «адыгэ» с учетом его дополнительного – высокого значения.

В газете «Гъуазэ», которая была издана в 1913 году в Стамбуле на кабардинском варианте языка с использованием алфавита, созданного адыгами Османской империи на основе арабского и старотурецкого алфавитов, неизвестный автор также рассказывает об истории Уар-Хату и его последователей. В статье помещена фотография (впрочем, в виде неинформативного черного пятна) того клинописного источника, на который ссылается автор. В тексте упоминаются и имена народа, с которым пришел в чужие земли Уар-Хату: «хьатухэр е хьатхэр е атхэ» (в переводе: «хату́ или хатты, или атхи / аты»). Три имени одного народа – так предлагает понимать свой перечень неизвестный автор [7: 7-9].

При этом имена «хьатухэр е хьатхэр», как можно видеть, даны во множественном числе, показателем чего является окончание «-хэр». Форма «атхэ», следуя за первыми двумя, по логике, также должна быть во множественном числе. Но она дана в неполном виде – в ней нет конечного элемента «р», который, впрочем, в разговорной речи не обязателен. То есть, несмотря на отличие форм, допущение, что имя «атхэ» употреблено во множественном числе, вполне приемлемо. А если это так, то единственное число от формы «атхэ» будет «ат».

В дополнение необходимо сказать и о следующем: названия «хьэту / хьатыу» и «хьэт / хьат» присутствуют в современных вариантах языка адыгов. Первое из них «хьэту / хьатыу» членится на компоненты «хьэт-» / «хьат-» и «-у» / «-ыу», в котором последний компонент можно понимать как «человек». Например, в слове «шу» / шыу» (всадник), в котором «шы-» означает «лошадь», «-у» [ыу] содержит в себе указанный выше смысл.

Нет в языке адыгов явных параллелей с этническими названиями «атхэ» или «ат». Но это обстоятельство может стать свидетельством правоты Ловпаче, который, напомним, говорил о двух дружественных народах – хаттах и атхах и образовывал этноним «адыгэ» от предполагаемого «атхэ». Более того, вспомним, что он называет и третий народ-участник похода – ариев, видя намек на его существование в первой части царского имени Уар-Хату. Соглашаясь с его заключением, и автор данной статьи в предыдущем исследовании под этнонимами «хатт» и «атхэ» признал два разных народа, а затем привел ряд аргументов в пользу того, что этноним «хатт» мог произойти от этнонима «атхэ» [8: 32-36]. В силу этого в нынешней работе возникает необходимость показать, что звук [т] (как и звукосочетание [тх]) могли восходить к одному древнему звуку [th].

Превращение формы «ат» (как и «атхэ») в «адыгэ», по всей видимости, вполне возможно. Правда, на наш взгляд, такое могло произойти и без промежуточной формы «атыхэ», которую задействовал Ловпаче. Так, в одном из предыдущих своих исследований автор данной статьи (вслед за хеттологами) отмечал, что удвоенная буква т, в этнонимах хетты, хатты означает звук [th], то есть [t] с аспирацией [9: 17-21]. А значит, этот же звук следует видеть и в вариантах [т] / [тх] этнонима «ат» / «атхэ». Из этого, кстати сказать, следует и то, что вариант этнонима «ат» по-русски лучше писать с удвоенным «т» – «атт».

По реконструкции формы «ат / атт» в «атh» подробные объяснения не нужны. Если в слове «хьат / хьэт» конечный элемент «т» некогда отражал звук [th], то и в форме «ат / атт» он с большой долей вероятности должен был бы выражать то же самое. Звук же [тh] в форме «атh», в свою очередь, подразумевал бы необходимость развития вслед за собой гласного звука, например, [э]. И тогда имя «атh» должно было приобрести форму «атhэ».

Сочетание звуков [тх] в форме «атхэ» графически зафиксировали прасемиты, в современных языках которых (арабский и еврейский) звук [х] отсутствует. То же можно думать и о далеком прошлом. Но есть в них звук, похожий на адыгский [хь] или английский [h].То есть в форме этнонима «атхэ», если он именно так был записан предками семитов, мы должны были бы иметь дело с таким же звуком, который показан в этнонимах «хетты», «хатты» удвоенным «т», т.е. со звуком [th]. Поэтому согласно предложенной здесь логике, этноним «атхэ» при реконструкции следовало бы тоже изображать как «атhэ».

Перерождение этнонима «атhэ» в «адыгэ» с точки зрения фонетики вполне допустимо. Именно придыхание [h] способно на адыгской почве дать полноценный звонкий среднеязычный спирант [г]. Причем произойти это должно было в «пракабардинской» среде в то время, когда в языке древних адыгов появилась дифференциация, в частности, в вариантах слов, приведенных в своих рассуждениях в качестве примера Ловпаче: тыгъэ / дыгъэ (солнце), а также в словах, которые приведены выше нами – атэ / адэ (отец) и других. То есть на каком-то этапе этноним «атhэ», видимо, дал вариант «адhэ». Звонкий звук [дh], упростившись, потребовал следующего за ним звонкого звука. И в языке нашелся соответствующий звук. С его помощью этноним стал произноситься сначала как адгэ, а затем и адыгэ.

Можно предполагать и следующее, что на языке будущих низовых черкесов «атhэ» дало «атхьэ» > «атэхьэ» / «атыхьэ». Однако со временем данный вариант этнонима, видимо, был оттеснен на периферию каким-то не менее родным и достойным этнонимом, например, «нат» (нарт). В славные же годы правления Инала Великого, когда средневековые черкесы были объединены в централизованное государство [10], кабардинский вариант этнонима «адыгэ» мог стать для народа всеобщим.

Думается, корнем древнего этнонима «атhэ» является «тhэ», что можно толковать как «дарующий». С позиций современного литературного языка западных адыгов (черкесов) данная форма слова является диалектной, она сохраняется в речи бжедугов и шапсугов. В других адыгских диалектах слово «тhэ» произносится без аспирации – «тэ». В целом же «тhэ» / «тэ» входит в разряд устаревших слов, нынешняя его нормативная форма – «тэр / тэрэр». Изначальное значение, которое оно несет в себе (дарующий) имеет параллели в некоторых древних языках. Так, например, древнеиндийское слово Бог – bhágas значит «одаряющий» [11: т. II, 181].

Можно полагать, что исторический корень этнонима «атhэ» – форма «тhэ» первоначально означала «Бог», «дарующий». Как сказано выше, она прямо восходит к современному общеадыгскому «Тхьэ», где придыхание [h] переросло в полноценный звук [хь]. При этом начальное а- в слове «атhэ» можно вслед за Нурбием Иваноковым считать местоименной формой со значениями «что», «который» [1: 27]. Также в компоненте а- допустимо усматривать значения, близкие к тому, что обнаруживаются за известным абхазским артиклем а-, ставящимся в начале существительных.

Значение Бог содержат в себе не только компонент «bh» в словах типа древнеиндийского «bhágas». Звук «th», входящий в качестве компонента в теонимы народов, чьи предки некогда населяли Малую Азию и регионы, прилегающие к ней – явление еще более распространенное [12: 112-117]. И народ «атhэ», у которого слово «Тхьэ» (Бог) можно возвести к общему «тhэ», не был исключением из их числа. Однако в его представлениях «Тhэ», видимо, являлся не просто одним из богов, а Всесоздателем. На это указывает, в частности, его первоначальное значение – «дарующий», которое без особых затруднений обнаруживается в бжедугско-шапсугском слове «тhэ» и сейчас. Является таким же указанием и слово «тхьэлъэIу» – «молитва», которое, состоя из двух компонентов «тхьэ-» (бог) и «-лъэIу» (просьба), воспринимается в качестве однозначной установки на то, что никому, кроме «Тхьэ» (Бога), молитву возносить нельзя.

Этноним «атhэ», по нашему мнению, следует считать родственным и адыгским вариантам слова со значением «отец» – атэ, ты / адэ. При этом для менталитета предков адыгов родство между понятиями «Бог» и «отец», очевидно, являлось таким же естественным, как их взаимосвязь в религиозных представлениях многих народов индоевропейской семьи. Подобному способствовала, по всей видимости, и прозрачная особенно на то время семантика слова «Тhэ» (Бог).

С этнонимом «атhэ», вероятно, связано также название главного легендарного народа адыгского эпоса «Нарты» – «нарт», точнее, «нат». По первому компоненту этого имени на- автор данной статьи уже публиковал свой развернутый анализ [13: 203-206]. По второму компоненту в ней было сказано, что он, возможно, восходит к адыгским атэ, ты / адэ – «отец», часто встречается в названиях народов как легендарных (нар-т-ы и чин-т-ы), так и исторических (ха-тт-ы, хе-тт-ы, керке-т-ы, син-д-ы, ан-т-ы, сарма-т-ы и т.д.), что обнаруживаются финальные т во многих фамилиях адыгов: Ха-т, Хо-т, Го-т, Ху-т, Се-т и т.д. Однако это не является исчерпывающей информацией о них. Добавить к сказанному необходимо, в частности, то, что финальные «-тт-», «-д-» и «-т-» в приведенных примерах логично было бы связать с компонентом «тhэ» в этнониме «атhэ». А вместе с тем придать слову нарт > нат предполагаемое первоначальное звучание в виде «натhэ», и заодно современный компонент «-т» в нем трактовать как «дар».

И наконец, легендарный этноним натhэ / нат мог преобразиться в название исторического народа ант, взятого в оборот наукой из греческих источников. Такая форма способна образоваться в результате метатезы, имеющей место, в том числе в современном языке адыгов. Так, например, некоторые жители аула Эдепсукай (что ныне исчез с географических карт) вместо пшахъо (песок) говорили шапхъо, в ауле Понежукай и сегодня можно услышать вместо слова лъэшы (сильный) – вариант шэлъы, повсеместно в Адыгее сегодня используются оба варианта слова, имевшего в недавнем прошлом одну форму: заул (несколько) и лауз (множество) и т.д. То есть форма нат могла дать ант, что, в конечном счете, явилось бы своеобразным подтверждением антской теории происхождения этнонима «адыгэ», автором которой является Шора Ногмов [6: 58].

Подводя итоги, можно сказать следующее: высокое дополнительное значение, содержащееся сейчас в этнониме «адыгэ», вероятно, существовало и в самое раннее время, когда только появился этноним «атhэ». В нем, как сказано выше, сегодня обнаруживаются значения: дарующий, Бог и отец, – где все его составляющие могли существовать лишь в единственном числе. Язычество, многобожие с его внутренними распрями между богами не слишком согласуется со стройными конструкциями Адыгагъэ и Адыгэ Хабзэ. Возможно, предки адыгов, называя своего Создателя отцом, вели себя так, чтобы соответствовать Его замыслу, завету и, оценивая свое поведение, приходили к выводу, что могут гордиться собой. И как бы критически ни относиться сейчас к имени «атhэ», его, чтобы затем нести с честью в виде «hатhэ», предположительно взял другой народ (хатти), а еще позже и третий – прославившийся под именем «хеттов». Подобную же гордость за себя, свой образ жизни, конкретные поступки несли в душе и легендарные нарты, которые, возможно, дали жизнь не менее славному народу – антам. И лишь благодаря перечисленным народам, их стремлению быть достойными своего Создателя высокий смысл человеческого предназначения в форме национального имени «адыгэ» был донесен до наших дней.

Литература:

1. Иваноков Н.Р. Избранные труды. – Нальчик, 2015.
2. Тхаркахо Ю.А. Русско-адыгейский словарь / Урыс-адыгэ гущыIалъ. – Майкоп / Мыекъуапэ, 2015.
3. Аутлев П.У. «Из адыгейской этнонимии» // Сборник статей по этнографии Адыгеи. – Майкоп, 1975.
4. Ловпаче Н.Г. Этническая история Западной Черкесии. – Майкоп, 1997.
5. Брантов З-Х. Абадзехский сказ. – Майкоп, 2014.
6. Ногмов Ш.Б. История адыхейского народа. – Нальчик, 1994.
7. Тарихъым шъышъ зы напэ. Хьатухэр // Гъэзетэу «Гъуазэ». – Стамбыл, 1913. – №46.
8. Шаззо А.М. Новый подход к этимологии древнего имени хатт: самоназвание ли оно? // Вестник науки АРИГИ №18 (42). – Майкоп, 2019.
9. Шаззо А.М. Этимология нартского имени «Шэбатыныкъо» в свете некоторых абазинско-адыгских фамилий // Вестник науки АРИГИ №17 (41). – Майкоп, 2018.
10. Кагазежев Ж.В. Из этнической и политической истории средневековой Черкесии (XIV-XVII вв.) – Нальчик, 2015. – 262 с.
11. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка (в 4-х томах). – М., 1986.
12. Ахохова Е.А. Природа теонима «Тха» («Бог»): базовые гипотезы // Мир культуры адыгов. – Майкоп, 2002.
13. Шаззо А.М. Элементы археолингвистики в этимологии термина «нарт» // Адыгский эпос «Нарты» и мировое эпическое наследие. – Майкоп, 2017.

Вестник науки АРИГИ №19 (43) с. 29-34.
 (голосов: 0)
Опубликовал admin, 22-08-2019, 21:14. Просмотров: 408
Другие новости по теме:
Нурбий Иваноков: Этимология национального имени «адыгэ»
Аслан Шаззо: Новый подход к этимологии древнего имени «хатт»
Версии в этимологических заключениях по этнониму «адыгэ» могут привести к и ...
Аслан Шаззо: Этимология нартского имени «Шэбатыныкъо» в свете некоторых аба ...
Аслан Шаззо: Термин хасэ: от древних хаттов к современным адыгам