Архив сайта
Январь 2022 (23)
Декабрь 2021 (32)
Ноябрь 2021 (31)
Октябрь 2021 (32)
Сентябрь 2021 (32)
Август 2021 (34)
Календарь
«    Январь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Аннотация. В статье анализируется роман Исхака Машбаша «Графиня Аиссе», посвященный трагической судьбе черкешенки Айшет, в детстве похищенной и выкупленной в 1697 г. на невольничьем рынке графом Шарлем де Ферриолем – французским послом в Стамбуле. Автор анализирует, как на фоне социально-бытовой картины Франции XVIII в. писатель сумел нарисовать яркую фигуру своей соотечественницы с учетом множества исторических, этнокультурных и этнопсихологических факторов.

В статье подчеркивается актуальность темы, поднятой в романе «Шарлотта Аиссе», как для жителей Адыгея, Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, так и для адыгской диаспоры за рубежом. Помимо адыгского мира роман стал достоянием и многочисленных поклонников творчества писателя.

Ключевые слова: история, судьба, одиночество, эпоха, прошлое, адыгский мир, память, мысли, чувства, душа, сила.


История и современная ее интерпретация на примере романа Машбаша «Графиня Аиссе», – Д.С. Схаляхо





























Потомкам нужна память. Важно воздать каждому
должное, увековечить память тех, кто это заслужил.
Понять и осуществить это нам помогают и помогут
в будущем книги Исхака Машбаша.

М. Пафова.


Тема связи времен, влияния прошлого на настоящее и будущее одна из главных в творчестве И.Ш. Машбаша, обладающего глубоко осознанным историзмом исследования жизни адыгского народа, ибо история народа для него – это не только след вчерашнего дня, принадлежащего нашим предшественникам, это мы сами в завтрашнем дне. «Человек, – по глубокому убеждению писателя, – не может жить, не размышляя о дне вчерашнем, ибо познать сегодняшний день, его богатство, содержательность, красоту в полной мере возможно, только зная день вчерашний. И память наша не оскудеет, храня события давно минувших дней, наполняя ими мысли, чувства наших современников» [1: 79].

В исторической романистике И.Ш. Машбаша значительное место занимает роман «Графиня Аиссе», посвященный трагическому событию почти трехсотлетней давности. С точным чувством эпохи глубоко и художественно правдиво писатель сумел отразить в нем чистую, неподкупную и очень сильно страдающую душу маленькой Айшет. Вероятно, это ему удалось от того, что образ Айшет не вымышленное лицо [2: 192].

Многим знакома из средств массовой информации, из исторических книг печальная история маленькой девочки Айшет, в раннем возрасте похищенной и выкупленной в 1697 г. в невольничьем турецком рынке «для живых товаров» графом Шарлем де Ферриолем – французским послом в Стамбуле. Затем она воспитывалась в Париже в высшем свете французского общества XVIII в. и стала впоследствии известной писательницей. «Ничего не убавляя и не прибавляя, только вкладывая в нее свое видение и свое отношение к ней» [3: 460], автор поведал читателям историю горькой судьбы черкешенки, которую на протяжении всего романа предпочитает называть ее адыгским именем Айшет.

В подтверждение подлинности материала, ставшей основой своего повествования в заключительной части романа И.Ш. Машбаш называет имена более двенадцати зарубежных и отечественных авторов романов, пьес, повестей, эссе о жизни и трагической судьбе графини Шарлотте-Элизабет Аиссе де Ферриоль. Отрадно, что в их числе и ее соплеменники Г. Схаплок, Р. Хашхожева, М. Хафице. Тогда что же побудило И.Ш. Машбаша взяться за написание романа об Айшет, которой посвящено столько книг? «Именно знакомство с ними, со всем, что создано об этой удивительной черкешенке, ставшей классиком французской литературы, – отвечает Исхак Шумафович, – ее поистине трагическая судьба подсказала моему адыгскому сердцу написать исторический роман» [3: 462]. Поэтому роман и исполнен такой проникновенной силы.

Чтобы достичь убедительности и соблюсти принципы историзма автор проделал огромную подготовительную работу. В целях создания правдивого образа не только Айшет, но и множества выдающихся исторических личностей, с которыми ей приходилось встречаться, И.Ш. Машбаш тщательно изучил историческую литературу, обстановку периода правления Людовиков XIV и XV. В результате он смог передать не только атмосферу того далекого времени, нарисовать узнаваемую эпоху обозначенных событий, но и с проникновенным чувством изобразить психологическую драму трудной судьбы Айшет, полной большой любви и бесконечных страданий.

И.Ш. Машбаш не только изучил всю литературу о французском государстве той эпохи, но еще и отправился специально в Париж, чтобы посетить кладбище, на котором похоронена Айшет. В церкви св. Рока в одной из сохранившихся церковных книг он обнаружил запись: «Шарлотта-Элизабет Аиссе захоронена в фамильном склепе Ферриолей в присутствии Пон де Веля и де Аржанталя. 15 марта, 1733 год» [3: 460]. Он пришел сюда, чтобы поклониться тому месту, где после неимоверных испытаний земного бытия томящаяся душа черкешенки Айшет нашла свое успокоение.

Писатель назвал свое произведение именем главной героини – «Графиня Аиссе». Но роман отнюдь не о судьбе одной Айшет. В нем представлена целая галерея образов – представителей всех слоев французского общества. На фоне социально-бытовой картины Франции XVIII в. писатель сумел нарисовать яркую фигуру своей соотечественницы, с учетом множества исторических, этнокультурных и этнопсихологических факторов.

Примечательно, что И.Ш. Машбаш показал историю Айшет не только в биографическом ключе, он продемонстрировал судьбу героини шире. Писатель интересуется: «Как пробуждалось ее самосознание?», «Где корни ее несгибаемой стойкости?». И чем глубже вникал он в горькую судьбу героини, тем больше проявлял свое недоразумение: «Разве можно лишить человека памяти о его родине, его предках?», «Кто виновен во всем этом?», «Аисса сама позабыла своих соплеменников, или ее принудили к этому?»

Судьба так распорядилась, что стечением обстоятельств заброшенная на чужбину девочка Айшет, из маленькой княгини превращается в товар, которую может купить всякий, кто пожелает. Своей удивительной притягательностью она приглянулась одному из наследников старинного графского рода Шарлю де Ферриоль, и он покупает ее. Раз купил, он и воспринимает ее как товар и заявляет: «Я ее купил, она – моя собственность, стало быть, буду поступать так, как мне заблагорассудится» [3: 105]. Девочку сразу же окрестили в католическом храме Сен-Жан и нарекли французским именем Шарлотта Элизабет.

Граф материально обеспечил Айшет: она жила в прекрасном дворце Ферреолей, одевалась, как придворная особа, в модные дорогие одежды, имела прислугу. К тому же она получила и хорошее образование, посещала королевский театр, Версальский дворец, пышные королевские балы, которые устраивались каждый месяц регентом короля Орлеанским в Поле-Рояле, При многочисленных дружеских встречах с маркизами де Парабер, дю Деффан, с молодыми философами Франсуа Вольтером, Шарлем Монтескье, говорить об одиночестве Айшет не приходилось. Встречи в литературном салоне Клодины тоже приносили свои плоды. Но все это не сделало Айшет счастливой. Для девушки, в малолетнем возрасте оказавшейся в совершенно ином мире, жившей на чужбине среди чужих людей, весь этот парижский мир, все светские приемы блекли перед сохранившимися в памяти мысленными воспоминаниями о родине, о близких. Вот и получалось, что дворец, в котором живет Айшет, хоть и прекрасен, но в ее восприятии представляет собой всего лишь золотую клетку. Сюжетную канву романа и составляют мучительные мысли, действия и поступки, связанные с желанием Айшет узнать о своих корнях.

Писателя интересует категория человечности, благородства и сострадания, предполагающие жалость, сочувствие, вызываемые несчастьем другого человека. Понимание и приятие автором гуманности как категории будущности человечества ощущается в напряженном повествовании о событиях того далекого времени. Если отзывчивая, болезненно переживающая чужое страдание духовная воспитательница Айшет Жанетт-Николь давала ей книги о черкесах, чтобы она знала, гордилась и не забывала, откуда она родом и кто она, то граф считал, что во Франции ей уже не нужна ни Черкесия, ни адыгские традиции, и заявлял об этом ей прямо: «Надо сделать все, чтобы ты забыла о черкесах, чтобы они навсегда ушли из твоего сердца – только тогда ты станешь настоящей француженкой» [3: 93]. Он предупреждает и Фахри перед его поездкой во Францию: «Я запрещаю тебе встречаться с Аиссе, не хочу, чтобы люди с Востока тревожили ее сердце. До меня дошло, что Жанетт-Николь дает девочке книги о Черкесии, будоражит ее чувства. Я написал настоятельнице монастыря письмо, в котором строжайше потребовал прекратить это» [3: 119].

Шарль Фарреоль требовал, чтобы настоятельница монастыря поддерживала и развивала в сердце девочки французские чувства, французскую ментальность: «…Жизнь ее навсегда связана с Францией, значит, история Франции, культура Франции теперь и ее культура и история. Вы должны это воспитывать в ней, оно должно стать ее духовной сущностью». [3: 160]. Айшет, искавшая поддержку и заботу в графе, как старшем по возрасту, не посмела противиться ему. Девочка поняла, раз уж так требует судьба, как бы это ни было трудно, она сумеет жить во Франции, быть и черкешенкой, и француженкой. Этому ее учила бабушка Чаба, говорившая: «С судьбой не поспоришь, с нею надо дружить, если не хочешь лиха на свою голову» [3: 25].

Но, как показывает И.Ш. Машбаш, не так-то просто было Аишет – девочке черкесского княжеского рода по крови, по рождению – стать графиней, представительницей одного из самых богатых и знатных родов Франции. Не сразу она прижилась в доме Ферриолей. Хотя хозяева относились к ней со вниманием и добротой, по сути Айшет чувствовала свое одиночество в этой среде. Чем большим признанием в обществе пользовалась Айшет, тем неприязненней к ней становилась Клодина-Александрина. «…У черкешенки Аиссе, которую поселили в твоем доме, на уме одно, а на языке – другое… – говорила она своей сестре Марии-Анжелике. – Мне не по душе ее ранний ум и столь же ранняя красота» [3: 215-216]. Завидуя необыкновенной красоте Айшет, она с насмешкой и даже с откровенной неприязнью могла, надменно улыбаясь, сказать ей: «Ты с каждым днем становишься красивее и красивее. Это кончиться когда-нибудь?» [3: 255].

В романе психологически верно раскрыт и образ графини Марии-Анжелики. Художественно правдиво показывает писатель, что ее дочерняя «любовь» к Айшет не имеют ничего общего с настоящей любовью. В основе ее отношений лежит выгода: графиню более всего беспокоят, как бы помешать, чтобы наследство графа не ушло к Айшет. В этих целях она ищет любую возможность, чтобы обмануть, перехитрить ее.

Айшет становится предметом не только пристального, но и сочувственного внимания писателя. Он с болью описывает, как она старалась не отвечать на колкости сестер, пыталась не давать им повода для неприязненного отношения к себе, прилагала все усилия, чтобы быть ко всем внимательной, доброжелательной и приветливой, придерживаясь опять-таки наставлений бабушки: «С плохим человеком не сдружись, но и врага себе из-за него не наживай» [3: 195].

И.Ш. Машбаш показывает, что приспособление к новой жизни давалось Айшет не просто. Иногда ей становилось страшно, и беспокойному сердцу не без труда удавалось побороть этот страх, чтобы смиренно улыбаться. И все-таки, хотя в часы одиночества в ее по-детски веселых и искристо-черных глазах часто появлялась задумчивая грусть, у нее хватало стойкости и выдержки, чтобы свое чувство уныния и печали открыто не показывать, наоборот, своими действиями и поступками она подтверждала свою отзывчивость. Автор с любовью к ней описывает, как она выхаживает считавшего своим отцом Шарля де Ферриоля и своего преданного брата Аржанталя, когда он заболел тяжелой инфекционной болезнью, не побоявшись даже заразиться.

И.Ш. Машбаш не скупится на краски, описывая образ человека, попавшего в суровые условия жизни. Но при этом он не ставит свою героиню в унизительное положение, напротив, подчеркивает сильный, почти мужской характер Айшет как ее достоинство. Маленькой еще девочкой она смогла настоять, чтобы ее черкесское имя было прибавлено к французскому Шарлотта-Элизабет. Героиня воспротивилась и тогда, когда хотели выбросить искусно расшитую матерью черкесскую шапочку и пояс, когда ее наряжали в национальное платье, специально пошитое по заказу духовной воспитательницы Жанетт-Николь. Она бережно хранила их и одевала только в исключительных случаях. Потому что они были очень дороги ей как фамильные родовые тамги.

Труднее всего было жить Айшет между исламом и католичеством. Крещеная девочка не могла забыть об Аллахе, поэтому просила помощи облегчить свою душу у обоих богов: по-адыгски у Аллаха, по-французски – у Иисуса Христа. Но понимая, что нельзя молиться двум богам одновременно, она просит прощения то у девы Марии: «Прости меня, пресвятая дева Мария, я не могу не помнить о Боге моих сродственников – черкесов» [3: 113], то у Господа бога: «Когда от невыносимой тоски ко мне приходит Бог моей земли, Бог моих отцов, братьев и сестер, не суди меня строго … Прости меня Господи» [3: 230]. Так она пыталась успокоить, умиротворить свою душу. И вся эта гамма чувств и мыслей, переполняющих душу Айшет, передана писателем не только правдиво и убедительно, но и с глубоким сочувствием к ней.

Автор заставляет нас вместе с Айшет и улыбаться, и грустить, и любить, и ненавидеть. Например, вместе с героиней переживается острая тоска, когда она, надеясь на то, что кто-то из ее родственников услышит, просит графа Шарля де Ферриоля: «Как приедешь в Стамбул, в тот же день поднимись на самую высокую скалу на берегу Черного моря, повернись лицом в сторону Черкесии и так крикни, чтобы тебя услышало море, небо, Черкесия: «Дочь Болета и Джанет Айшет – жива и живет во Франции!» [3: 65]. Или же невозможно ей не сопереживать, когда в разговоре со своим любимым шевалье Блез Мари де Эди, обещавшим показать ей Кавказ, родную Черкесию, Айшет со слезами говорит: «Я поцелую тропинку, по которой училась ходить, оплачу родные горы, реки и поля…» [3: 369]. Ностальгический голос сердца явственно звучит в словах Айшет. В этих картинах выражена нравственная идея произведения: боль отчуждения от родины и чувство кровной связи с ней человека, во сне и наяву переживающего разъединение с отчим краем.

Получается, что проблема романа – проблема Родины и человека, трагедия потери не только своей земли, но и своего языка, культуры, будущего. Как раз мы это слышим из откровений Айшет: «Сначала я только говорила по-французски, но думала по-черкесски, а теперь и думаю по-французски» [3: 302]. Айшет понимала, что, «…не зная языка и нравов народа, среди которого находишься, не уживешься с ними» [3: 125]. Но горячие, горько-соленые слезы появлялись у нее, когда ничего не получалось, пытаясь вспомнить детские стихи, старинные песни адыгов, скороговорки. Она недоумевала: «Господи, я стала их забывать, но как же это так, что я стала забывать язык матери, язык дедов и прадедов?!» [3: 301]. Это не только слова страдающего человека, это – плач человека, подавленного физически и психологически, картина судьбы лишенного своего отечества человека, всеми силами искавшего, но не сумевшего найти выхода из золотой клетки, куда ее поместили, и умершего с мыслями о далекой Родине – Кавказе. Отсюда и итоговая мысль повествования: «Каждый человек должен жить на своей родной земле, под своим небом, среди своих соотечественников, деля с ними и радость, и печаль, а если по воле судьбы окажется на чужбине, пусть душой остается верным своей земле, ее детской чистоте и мудрости отцов» [3: 301]. Судьба героини убеждает в том, что национальная культура, которая включает в себя язык, обычаи, традиции, может сохраниться и развиваться только в лоне родной природы, на базе собственной историко-духовной почвы; выбив у нее эту опору, обрекаешь ее на медленную смерть.

Откровением чувств и настроений Айшет стали знаменитые ее «Письма к госпоже Каландрини», получившие не только широкую известность во французском обществе, но и приобретшие достойное признание в эпистолярной французской литературе XVIII в. В них Айшет с открытым сердцем делится с Каландрини о своем здоровье, своих переживаниях на счет маленькой дочки Селини, об угрызениях совести, терзавших ее, касательно ее рождения. Айшет рассказывает о театральной жизни Парижа, дает хронику итальянской комедии и оперы, описывает пустую бессодержательную жизнь двора, осмеивает и осуждает мелкие скандалы высшего общества. Прощаясь с Каландрини, в последнем письме она пишет: «Жизнь, которой я жила, была такой жалкой – знала ли я хотя бы мгновение подлинной радости? Я не могла оставаться наедине с собой: я боялась собственных мыслей» [3: 458].

Устанавливая причины несчастной участи героини Т.М. Степанова пишет: «Трагизм образа и судьбы Аиссе-Айшет в понимании и трактовке И. Машбаша в конечном счете заключается именно в том, что героиня лишена одной из главных ценностей человеческой жизни – свободы, она не может вернуться на родную землю и поступать сообразно ее исконной природе, собственной линии жизни. Однако, хотя она и принуждена соответствовать тому, что навязано силой судьбы, при всей ее мягкости, обладает достаточной внутренней свободой, дающей ей право и возможность оставаться человеком высокого ума, таланта и нравственных качеств в условиях несвободы» [4]

Редкостному уму, природным дарованием, высокой нравственности и наблюдательности Айшет восхищались деятели литературы далекой эпохи. Так, Сент-Бев писал: «… Эта черкесская женщина, вышедшая с азиатского базара, была привезена во Францию за тем, чтобы построить памятник святости и чистоте человеческих чувств» [5: 149].

Примечательно, что выдающийся писатель и общественный деятель Сергей Михалков дал не только высокую оценку историческому роману «Графиня Аиссе», но и предложил снять по нему телевизионный многосерийный фильм. Экранизация романа стала возможной благодаря спонсорской помощи известного мецената – нашего земляка, бывшего президента Республики Адыгея Хазрета Совмена.

Таким образом, создав реальный эффект современного переживания драмы Айшет, И.Ш. Машбаш своим трудом поставил памятник на ее могиле, дал ее памяти бессмертие в слове.

Литература:

1. Машбаш И.Ш. Адыгейская литература на современном этапе. Доклад на общем собрании писателей и литературной общественности Адыгеи // Исхак Машбаш: «Литература – жизнь моя». – Майкоп: ОАО «Полиграф-Юг», 2010.
2. См. Потто В. Мария Дегужи-Нижегородская. // Черкешенка. – Майкоп: РИПО «Адыгея».
3. Машбаш И.Ш. Графиня Аиссе // Собрание сочинений в двадцати томах. – Т. 6. – Майкоп: ОАО «Полиграф-Юг», 2015.
4. Степанова Т.М. Лирический роман о превратностях судьбы // Советская Адыгея, 2011, 14 июля.
5. Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов ХVIII-ХIХ вв. – Нальчик, 1974. – 320 с.

Вестник науки АРИГИ №26 (50) с. 67-72.
 (голосов: 0)
Опубликовал admin, 9-05-2021, 22:31. Просмотров: 439
Другие новости по теме:
Съемки фильма по роману Исхака Машбаша «Графиня Аиссе» завершены
Президент Адыгеи принял участие в обсуждении проекта экранизации «Графиня А ...
У американской кинозвезды Мерил Стрип обнаружились черкесские корни
Бзиюкская битва через призму истории и литературы, - Шаззо Ш.Е.
Машбаш не хочет афишировать того, что получил от Ткачева в подарок иномарку