Архив сайта
Май 2018 (6)
Апрель 2018 (10)
Март 2018 (10)
Февраль 2018 (11)
Январь 2018 (12)
Декабрь 2017 (30)
Календарь
«    Ноябрь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру

13.06.2010 – 16:00 – Natpress



Дольмены — древние мегалитические (то есть сложенные из больших камней или каменных плит) рукотворные сооружения определённой формы. Объект исследования археологов, а также поклонения и паломничества как современных любителей эзотерики, так и древних людей. Под многими дольменами обнаружены захоронения людей, но как было установлено современными исследованиями, захоронения эти относятся к более поздней эпохе нежели строительство (и возможное использование по назначению). Что говорит о поклонении древних людей данным сооружениям, но не проясняет кем, как и для чего они были построены. Попытки астрономической привязки большинства дольменов тоже пока неудачны.

Устройство дольмена

В простейшем варианте — это один камень, поставленный на несколько других (иногда на один). Камни имеют большой размер и массу. Наиболее популярный вариант — 3 камня, поставленные в форме буквы «П». Стоунхендж построен из множества именно таких элементов.

В cамой архитектурно завершённой форме (что присуще кавказским дольменам) дольмен состоит из пяти или шести каменных плит и представляет каменный закрытый ящик: на четырёх плитах, поставленных вертикально, лежит пятая; опционально, шестая плита является днищем. В передней поперечной плите как правило имеется отверстие (круглой (чаще всего), треугольной или квадратной формы, иногда с каменной пробкой), однако его может и не быть. Плиты соединяются в паз, зазоры практически отсутствуют. Боковые стены и крыша могут выступать вперед, образуя портал (вход в дольмен); также они могут быть наклонены.

Дольмен мог устраиваться на поверхности земли и над ним насыпался курган, впоследствии часто опадавший и уничтожавшийся; или на вершине кургана, или, наоборот, он углублялся в землю, устраивался в яме. Иногда дольмены принимали более сложную форму, например, соединялись с более узким коридором из стоящих плит, или устраивались в виде большой прямоугольной камеры, в одной из продольных сторон которой проделывался вход с коридором (так что все сооружение получало вид буквы «Т»), или наконец дольмен превращался в ряд продольных, следовавших одна за другою камер, иногда все более и более расширявшихся и углублявшихся в землю. Материал, из которого складывались дольмены, меняется в зависимости от местности: гранит, песчаник, известняк.

Дольмены и физика поля

На протяжении всей своей истории люди возводили обрядовые сооружения. Деревянные храмы, дольмены из камня, открытые или запечатанные в курган, земляные катакомбы, крепости, монастыри и целые города. Изначально эти постройки не употреблялись для обиходных целей, к ним приходили в нужное время, совершали действо и уходили. В первых Египетских пирамидах не было места для усопших царей, Микены не вмещали в себя более тысячи жрецов, Старый Асгард имел площадь-стоянку за стенами, а ступенчатые пирамиды Центральной Америки вообще являлись лишь местом для проведения магических практик.
Сильные народы вели как правило полукочевой образ жизни, а лишь такие народы способны были осмыслить необходимость подобных сооружений.

Воздвигали их в местах силы, то-есть в зонах, где наблюдаются аномалии геомагнитных, и как следствие, геопатогенных процессов. Исходя из теории Вернадского о ноосфере, то-есть о планете как о едином организме, любое место силы планетарного масштаба можно рассматривать как акупунктурную точку данного организма. Естественно, как и воздействуя на акупунктуру человека по разному мы будем иметь на выходе различные результаты, так и воздействия на геомагнитные зоны различны в зависимости от поставленной цели. Диапазон магических практик бесконечен, а цели за которыми шли народы примерно одни и те-же: гармонизация с окружающим миром, получение изотерических знаний, достижение власти, силы, просветленности или личного бессмертия, в любых сочетаниях и вариациях.

Обрядовые и оккультные сооружения не взирая на похожесть геометрических форм, носят ярко выраженный индивидуальный характер. Обьяснить разницу можно именно разностью целей воздействия, а так-же свойствами данного места силы и индивидуальными способностями операторов. Причем конструкция могла прийти и неосознанно.

Каждая геометрическая фигура имеет торсионное поле кручения свойственное лишь ей, и каждая конфигурация данного поля воздействует на окружающий информационно энергетический континиум четко определенным образом. Именно на базе знаний об этом строятся современные психогенераторы.
Таким образом можно сделать напрашивающийся вывод:


люди обладающие эзотерическими данными или повышенными сенсорными способностями, могли везде строить подобные психогенераторы местного или общепланетарного значения, в зависимости от выбранной акупунктуры , и естественно это делали. В частности Кавказские Дольмены, в своем оккультном понимании есть временное, постоянное, добровольное или вынужденное захоронение, предпринятое со следующими целями(в разных случаях по разному):
гармонизация окружающего пространства , передача или прием информационных потоков (неоднократный), достижение личного бессмертия (медитация в вечность), кодирование планетного меридиана (для подавления или наоборот раскрытия обитающих вдоль него живых и мертвых существ), и других, подобных им целей.

По проишествии неопределенного времени, функции Дольмена, как живого существа могут меняться, т.е. человек впечатавший свою личность в сооружение(физиологически или в виде дубля), как любое живое существо может поменять характер, желание, и отказаться от изначальных намерений. Поэтому необходимо понимать, что с одной стороны сильная личность не позволит разрушить себя просто так (как в смысле отрицательной реакции, так и в смысле допущения подобного действия если оно не желательно), а с другой стороны заложенные конструктивные особенности неоднократного использования Дольмена определяют возможную доработку, переделку и утилизацию данного сооружения, причем желательно не варварским методом, а предпологаемым строителями функциям, как усилитель и трансформатор природного торсионного поля геомагнитной зоны.

Единственным пожеланием, обращенным к появившимся в последнее время сенсорно одаренным людям является возможное воздержание от изучения свойств Дольменов и прочих подобных сооружений методом проб и ошибок, что чревато отрицательными последствиями, как для здоровья и душевного благополучия экспериментаторов, так и для сохранности ценного археологического и изотерического сооружения.

ЧЕРКЕСИЯ - ОСТРОВ ДОЛЬМЕНОВ


В ряду черт исторической самобытности вслед за Майкопской культурой и пон-тийским-адыгским антропологическим типом, о котором мы только что говорили, следует указать на дольменную культуру, памятники которой засвидетельствованы исключительно в ареале Майкопской культуры, в ареале исторического проживания абхазо-адыгов. При этом, абсолютное большинство дольменов было возведено именно в границах черкесского «острова», слегка «вываливаясь» к югу от него до современного Очамчира в Абхазии. Весьма важно отметить, что ни одного дольмена нет в других регионах Кавказа — Мингрелии, Сванетии, Осетии, Чечне, Дагестане, Грузии. Там встречаются единичные мегалиты, но не имеющие типологически и внешне ничего общего с дольменами Северо-Западного Кавказа. Дольменные сооружения очень ярко и резко дистанцируют Северо-Западный Кавказ от остального Кавказа.

На момент исследования В.И.Марко-вина (конец 60-х — нач.70-х гг. ХХв.) дольмены были зафиксированы в 156 пунктах Северо-Западного Кавказа в количестве 2208 сооружений, из которых 2014 — плиточные, а остальные — трех редко встречающихся типов (составные, корытообразные и монолитные). Дольменная культура как бы заключена в треугольник между Анапой-Майкопом-Сухумом63. Дольмены возводились на всем протяжении II тыс. до н.э.: они встречаются как одиночные памятники и большими скоплениями в качестве «городов мертвых». Интересно, что такие крупные скопления мегалитов имеют место на северном склоне как раз в том районе, где до того размещался центр Майкопской культуры. В районе станицы Царской (Новосвободной) в конце Х1Хв. кубанский историк и археолог Е.Д.Фели-цын насчитал 262 дольмена; при этом он замечает, что «найдется еще оставшихся неосмотренными не более 100». Это место получило у казаков-колонистов название Богатырская поляна, т.к. сами дольмены они назвали «богатырскими хатками».

В бассейне реки Кизинка, в районе станицы Баговской, было обнаружено 564 дольмена, а в районе станицы Каменномостской сохранились в разрушенном виде 260-270 сооружений. Это земли исторической Абадзехии. Очень большие скопления дольменов в Причерноморской Шапсугии. Из четырех типов дольменов только первый — плиточный — встречается в Абхазии (т.е. южнее реки Псоу). Все абхазские дольмены были возведены уже в эпоху расцвета дольменной культуры. А наиболее древние дольмены начали сооружаться «май-копцами» на северном склоне и могут быть датированы почти серединой III тыс. до н.э.

Во времени и в основных памятниках мы наблюдаем совмещение двух условно различных культур. «Представляется, что самыми древними гробницами, — пишет Марковин, — являются дольмены, содержащие инвентарь новосвободненского типа. К этой категории находок относятся материалы, собранные в дольменах станицы Новосвободной (Царской), так и извлеченные из гробниц станицы Саратовской (в бассейне реки Псекупс, т.е. опять-таки северный склон хребта), Красноалександров-ского аула (Причерноморская Шапсугия) и отдельных дольменов с.Эшера (северная окраина Сухума)... Инвентарь основной массы абхазских дольменов кажется менее древним, чем предметы новосвободненского типа». Таким образом, как численно, так и хронологически дольменная культура является порождением культуры Майкопа и локализуется в пределах черкесского «острова» в тех его границах, которые мы определили в начале этой статьи.

Разумеется, мы далеки от мысли и, тем более, от намерения атрибутировать доль-менную культуру на Кавказе как только адыгскую или в большей степени адыгскую. Мы считаем ее, как и культуру Майкопа, общим абхазо-адыгским наследием и, употребляя для этой отдаленной эпохи определение черкесский «остров», имеем ввиду абхазо-адыгское сообщество Северо-Западного Кавказа. Только в гораздо более позднюю эпоху Северо-Западный Кавказ становится в большей степени адыгской территорией, а абхазоязычные группы смещаются к югу.


Итак, дольменная культура, органично вырастая на базисе Майкопской культуры, просуществовала почти две тысячи лет: от середины III тыс. до н.э. и до VIII-VII вв. до н.э. Дольмены дистанцируют Северо-Западный Кавказ от остального Кавказа и сближают черкесский «остров» со странами-«островами» Средиземноморья. Само существование дольменов по поясу Средиземноморья от страны басков до Черкесии является материальным подтверждением теории Н.Я.Марра, согласно которой современные кавказские языки представляют собой остатки языков древней группы народов, между которыми существовала первоначально территориальная и лингвистическая непрерывность. Яфетические-кавказские этносы занимали обширные пространства по всему северному, европейскому Средиземноморью, Балканы, Анатолию и Ближний Восток «задолго до вторжения индогерманцев и семитов в Средиземноморье»68. Целый ряд лингвистических данных позволил Берджиху Грозному, основателю хеттологии, считать, что протохетты, шумеры, древние обитатели Сибири и Кавказа принадлежали к восточной ветви народов кавказской системы языков и включаются в одну группу народов. Проблему происхождения дольменов Северо-Западного Кавказа многие специалисты пытались решить именно в контек-сте основных положений Марра — это работы Б.А. Куфтина, Л.Н.Соловьева, Л.И. Лаврова, Т.Б. Поповой.

Влияние Марра сказывается и в логике Марковина, аккуратно фиксирующего все совпадения и параллели в дольменных ареалах Басконии, Сардинии, Корсики, Балкан и Северо-Западного Кавказа. Так, он отмечает сходство инвентаря некрополя Рокния (в районе Константины в Алжире) с инвентарем в ряде дольменов Северо-Западного Кавказа: «Из металлических изделий следует отметить бронзовые много-витковые и одинарные прутяные подвески, круглые височные кольца, свернутые в несколько раз, и мелкие спиральки. Здесь необходимо отметить полнейшее сходство именно этих бронзовых африканских изделий с находками, сделанными в ряде западно-кавказских дольменов и которые могут быть приблизительно отнесены к середине II тыс. до н.э. Африканские доль-менные захоронения сопровождаются керамикой, среди которой выделяются чаши с клювовидными выступами и сосуды с ручками. И снова мы должны подчеркнуть сходство форм указанных сосудов, особенно посуды с ручками (они отходят от края устья), с западнокавказской дольменной керамикой. Итак, налицо отдельные черты сходства дольменов Северной Африки и Западного Кавказа и особенно инвентаря, обнаруженного в них. Мимо этих фактов пройти нельзя».

В связи с небольшой группой дольменов в Европейской Турции (т.е. на территории исторической Фракии) Марковин пишет следующее: «Дольмен с приставными портальными плитами из Буюнлу (Лала-паша), без всякого сомнения, аналогичен тем западно-кавказским дольменам, какие исследовались Н.И.Веселовским у ст.Новосвободной и нами в бассейне реки Ки-зинки (ст.Баговская). Именно для таких построек характерны те ранние пропорции, при которых камера имеет удлиненную и слегка трапециевидную форму... другие дольменные постройки, обнаруженные в Турции, также близки западно-кавказским сооружениям». Это сходство закономерно обнаруживает большая группа дольме-нов Болгарии, т.е. исторической Фракии: речь идет о «несомненном сходстве». В мегалитических сооружениях Апеннинского полуострова, конструктивно далеких от наших дольменов, и которые западноевропейские археологи именуют искусственными гротами, содержатся все-таки металлические предметы и керамика, близкие за-паднокавказским находкам.

«Интересно, что из Сицилии происходят крюки, тесла, боевые секиры и др. предметы, находящие прямые аналогии среди вещей, обнаруженных археологами Кавказа. Интересно, — продолжает Марковин, — что в Сицилии встречается древняя керамика (эпоха ранней бронзы), внутренняя поверхность которой прочерчена врезами. Подобная керамика встречается среди кавказских доль-менных находок, особенно много было найдено ее на Дегуакско-Даховском дольмен-ном поселении (Майкопский район)». Обращаем внимание на то обстоятельство, что параллелизм, в основном, прослеживается на материалах дольменов северного склона Кавказского хребта. Это подтверждает мнение о том, что на Северо-Западном Кавказе дольмены стали возводить сначала в районе основных находок Майкопской культуры, а уж затем на южных склонах, обращенных к морю.


Далее, продвигаясь на Запад, Марковин анализирует дольмены Сардинии и Корсики и делает вывод, что «отдельные дольмены Корсики внешне неотличимы от кавказских; поздние постройки (гробницы-корабли — Naveta) близки дольменным постройкам, обнаруженным в верховьях реки Кубани». И здесь мы уже приближаемся к важнейшему, наиболее крупному и архаичному ареалу дольменной культуры в Западном Средиземноморье — Пиренейскому полуострову, исторической родине басков. Именно дольмены страны басков являются ключом к пониманию происхождения дольменной культуры черкесского «острова». С протобасками ученые связывают крупнейший в мире ареал дольменной культуры, охватывающий весь север и восток Испании, все западные и часть центральных департаментов Франции.

Ученые, занимающиеся изучением этноге-неза басков, делают два основных вывода: 1) что этот этнос является единственным реликтовым, доиндоевропейским этносом Европы; 2) и, что территория, которую освоили баски до прихода первых индоевропейцев, доходила до Центральной Европы. Басконские дольмены являются более древними, чем дольмены Северо-Западного Кавказа. Первые дольменные постройки Пиренеев датируются 4000-3500 гг. до н.э., т.е. они на 1—1,5 тыс. лет старше черкесских дольменов. А основное время их строительства подразделяют на два этапа, поздний из которых датируется 2700-2500 гг. до н.э., то есть мы можем констатировать, что первый дольмен в районе Майкопа был возведен тогда, когда прото-баски закончили строительство своего последнего дольмена. «Дольменные памятники Пиренейского полуострова, — отмечает Марковин, — и именно наиболее ранние из них, находят определенные аналогии в памятниках Кавказа: в многогранном дольмене, обнаруженном еще в 1869 году по реке Фарс у ст. Новосвободной (только здесь перед нами более поздний «облагороженный» вариант полигонального дольмена пиренейского типа); дольмены с четко выделенными порталами и «двухкамерные дольмены» типа ст.Новосвободной. Интересно, что даже отдельные формы пиренейской дольменной керамики, орнамент на посуде, кремневые стрелы находят близкие аналогии на Кавказе».

Весьма вероятно, что идея возведения дольменов пришла на Северо-Западный Кавказ из Басконии и, скорее всего, морским путем. Яфетические этносы — прото-баски и протокавказцы — занимали наиболее благоприятные регионы Средиземноморья. «Вполне возможно также, — отмечает Ю.В.Зыцарь в работе, посвященной баскско-кавказским лингвистическим связям, — что родственные предки басков и кавказцев, осев местами по берегам Средиземного моря на всем их протяжении еще до прихода хамито-семитских и индоевропейских племен, составили основной «цвет» в первоначальной этнической мозаике Средиземноморья». Почему мы настаиваем на морском пути для доставки такой идеи?

Потому, что, во-первых, яфетические этносы, занимавшие смежные территории, общались по суше (например, «майкопцы» и хатты, протопелазги и протоэтруски; В. Георгиев утверждает связь хаттов с этрусками и этих последних с населением Пиренеев), но, видимо, это сухопутное общение не связывало басков и черкесов за исключением какой-то первой, еще неолитической или даже донеолитической, волны про-токавказцев в Европу. Тысячу или даже полторы тысячи лет баски возводили дольмены прежде, чем яфетические горцы Балкан и Северо-Западного Кавказа принялись за их строительство. Во-вторых, период, приходящийся на середину и вторую половину III тыс. до н.э. (примерно между 2600-2100 гг. до н.э.) стал в истории Средиземного моря «первым периодом морской торговли». Соответственно, первыми мореплавателями, освоившими азы каботажного плавания вдоль берегов и линий островов, явились яфетиды. Именно к этому времени относятся первые изображения морских многовесельных судов с высокими носами, оснащенных парусами. Позднейшие древнегреческие суда, т.н. пе-теконтеры были явно заимствованы ими у яфетидов-пелазгов, которые на момент греческого-дорийского завоевания Южных Балкан имели 2-х тысячелетнюю морскую традицию.


В пользу морской версии доставки доль-менной идеи говорит и то обстоятельство, что наиболее древние строения Северо-Западного Кавказа находят аналогии на территории современной Португалии, отделенной от остальной территории полуострова цепью гор (Португалия — еще один бро-делевский «остров на суше»), и на острове Сардиния. Если движение началось из этих стран — то только по морю. Выше мы говорили о сходстве инвентаря и керамики с острова Сицилия с дольменами Майкопского района, а это опять-таки свидетельство дальних морских путешествий. То же самое можно сказать о дольменах Рокнии в Алжире — вряд ли большие группы могли преодолеть по суше маршрут до Кавказа или, в этих двух случаях (Рок-ния и Сицилия) наоборот — с Кавказа в Западное Средиземноморье, т.к. речь идет о нетипичности этих находок на Западе и о их типичности, и более раннем появлении на Кавказе. И здесь мы должны уже признать, что не только баски проникали в Черное море, но и черкесы проникали в Западное Средиземноморье. И идея возведения дольмена могла быть доставлена по морю басками, но могла быть и привезена по морю черкесами.

О прибытии басков на Северо-Западный Кавказ писал Марковин, а обратный взгляд представлен в работе Л.И.Лаврова: «Появление дольменов на северо-западном Кавказе, очевидно, связано с развитием торгового и военного мореплавания у приморских народов в неолите и эпоху бронзы. Корабли всегда перевозили не только товары и людей, но и идеи. Нельзя также думать, будто кавказские народы научились их строить от заезжих купцов или морских разбойников, приплывавших сюда из других стран. Для того, чтобы построить первые дольмены, нужно было, чтобы кавказские мастера своими глазами видели подобные сооружения в других странах. Появление дольменов,на Кавказе нельзя объяснить иначе, как следствием дальних морских экспедиций кавказских народов на рубеже неолита и раннеметал-лической эпохи».

Схема, предложенная Л.И. Лавровым, основывается на очень серьезных доводах: 1) археологический материал и, в первую очередь, из самих доль-менных захоронений показывает исключительно понтийский антропологический тип, как и в могильниках Майкопской культуры; 2) первые дольменные некрополи были возведены на северном склоне и притом в районе, наиболее всего освоенном «майкоп-цами»: трудно объяснить, почему приплывшие из Пиренеев или из Сардинии баски так сильно удалились от побережья и стали строить свои памятники в районе Майкопа, и только в дальнейшем стали селиться на южном склоне и близ моря; 3) кораблестроение и мореплавательные навыки сер.III тыс. до н.э. были далеки от того, чтобы обеспечить миграцию по морю целого народа — столь многочисленного, чтобы разбить «майкопцев» и занять все гор-ное пространство Северо-Западного Кавказа. Все это слишком невероятно. Даже спустя две тысячи лет финикийские и греческие флотилии были способны лишь на плавание вдоль берегов и на очень медленное освоение крошечных участков суши вдали от метрополии.

Так, например, возник финикийский Карфаген или греческий Марсель. Если даже представить себе фантастическую ситуацию с переселением целого народа из Каталонии, Валенсии, Сардинии или Португалии и именно по морю, то переселенцы неизбежно высадились бы на первом же удобном участке побережья — таковых сотни, не считая островов. Можно задаться еще целым рядом вопросов, которые делают абсолютно неприемлемой версию доставки идей дольмена на Кавказ в результате переселения сюда большого числа басков либо еще какой-либо группы яфетидов из Западного Средиземноморья. В этом случае, переселенцы должны были бы освоить, завоевать еще и горную цепь Восточной Фракии (т.е. практически всю современную Болгарию). Получается уже целая дольменная империя в границах будущей Римской империи. Подобная картина не подтверждается никакими источниками.

Сам Марко-вин находил весьма странным, что самые древние кавказские дольмены содержат исключительно кавказский инвентарь, т.е. инвентарь «майкопцев», и что эти дольмены были возведены на северном склоне, а не у моря78. В итоге, ученый сам подошел к мысли о необходимости совместить «дольменщиков» с абхазо-адыгами: «Однако следует заметить, что со II тысячелетия до н.э. ... и до самого позднего времени на территории Западного Кавказа по археологическим материалам не ощущается существенной смены населения. Вот почему о дольменной культуре, развившейся в пределах Западного Кавказа, можно говорить как об одном из довольно важных источников абхазо-адыгского этноса»79. На наш взгляд, это и есть косвенное признание правоты позиции Л.И.Лаврова. Если взглянуть на карты распространения дольменов, составленные В.И.


Марковиным, Л.И. Лавровым и Ш.Д. Инал-ипа, то становится очевидным тот факт, что дольменная культура плотно заполняет ту территорию Северо-Западного Кавказа, которая в историческую эпоху всегда удерживалась за абхазо-адыгами. То есть речь идет об очень важной, самой важной территории в истории этногенеза абхазо-адыгов. Этот процесс мог прерываться время от времени на плоскости Закубанья (хотя это случалось очень редко), чаще — на территории Южной Абхазии или Центрального Предкавказья. Но на обозначенной территории этот процесс шел всегда. Культурная, языковая и антропологическая преемственность древних, средневековых и современных абхазо-адыгов на «треугольнике» дольменной культуры — факт, проясняемый очень четко благодаря многим другим очевидным фактам — лингвистической преемственности современных абхазо-адыгских языков в отношении древнего хаттского языка Анатолии; многочисленным топонимическим следам абхазо-адыгов в Грузии; существованию особого понтийского антропологического типа, нартскому эпосу и мн.др.

Очень интересное сопоставление произвел в этой связи Ш.Д.Инал-ипа, наложивший карту субэтнического состава абхазо-адыгского мира на карту распространения различных групп и типов дольменов. Оказалось, что границы обеих карт почти полностью совпадают81. Несмотря на огромный хронологический разрыв между периодом дольменной культуры и первыми упоминаниями в источниках абхазо-адыгских субэтнических групп наблюдается совпадение локальных особенностей в конструкциях дольменов с местами исторического обитания субэтносов. Как мы уже отмечали выше, на территории Абхазии известны лишь плиточные дольмены. Корытообразные и другие типы, распространенные в Черкесии, не идут дальше реки Псоу. А внутри черкесского ареала наибольшее количество корытообразных дольменов сосредоточено в Малом Шапсуге между р.Туапсе и р.Сочи. В историческом Натухае в районе от р.Пша-да до Геленджика и к северу до ст.Холмс-кой и Шапсугской, особенно часто встречаются составные дольмены. Подобную этнографическую классификацию дольменов можно произвести еще с учетом форм и пропорций, а не только типов.

В.А.Трифонов (Санкт-Петербург), автор одного из наиболее тщательных исследований дольменной культуры Западного Кавказа, предпринятых в последнее время, оперирует наблюдением Инал-ипа, насыщая его новыми данными: «Во-первых, территория, на которой распространены дольмены, в деталях совпадает с территорией расселения абхазо-адыгских народов до переселения в XIV — XV веках кабардинцев на восток... Во-вторых, археологически ощутимый вклад дольменной культуры в развитие протоколхидской и протомеотской культур эпохи поздней бронзы — раннего железа, а также отсутствие признаков смены населения в последующие эпохи (в этом тезисе Трифонов созвучен с Я.А.Федоровым (МГУ), автором «Исторической этнографии Северного Кавказа», который при анализе Майкопской и дольменной культур очень большое внимание уделял факту преемственности пон-тийского-адыгского антропологического типа на территории Северо-Западного Кавказа от эпохи энеолита до наших дней — прим. Б.С.Агрба и С.Х.Хотко).

Культурная преемственность, единство территории и стабильность населения дают серьезные основания предполагать, что именно абхазо-адыгские народы и были творцами тысяч дольменов по всему Западному Кавказу... Возвращаясь к удивительному совпадению границ распространения дольменов и области проживания абхазо-адыгских народов, следует иметь в виду, что территория распространения западно-кавказских языков не всегда ограничивалась только Западным Кавказом. Согласно исследованиям лингвистов, в эту область входил и северо-восток Малой Азии, где был распространен родственный западнокавказс-ким хаттский язык, часть ареала которого сократилась в III тыс. до Р.Х. за счет распространения индоевропейского хеттского языка... Ситуация этнолингвистического родства в этот период между Западным Кавказом и северо-востоком Малой Азии позволяет предположить и возможность определенного культурного единства между соседними областями. Это означает, что дольменная культура может оказаться одной из блока культур, формирующего на обширной территории благоприятную среду для свободной циркуляции культурных стандартов. С этой точки зрения вновь заслуживают специального внимания те работы, в которых северо-восток Малой Азии рассматривался как область распространения культур, родственных дольменной»83.

Трифонов, на основе последних исследований, удревняет дольмен-ную культуру на тысячу лет (3400-3300 гг. до н.э.) и даже более — 4200-4100 гг. до н.э. Соответственно сильно удревняет-ся Майкопская культура — 4700-4600 гг. до н.э. К сожалению, сборник со статьей Трифонова был прочитан нами уже на стадии запуска данной работы в печать: конечно же, раздел о дольменах был бы написан существенно по иному. Но и в этом виде он вполне отчетливо характеризует идею «острова», население которого на протяжении, по меньшей мере, двух тысяч лет возводило эти погребальные сооружения. «Оценивая в целом характер дольменной культуры, — отмечает Трифонов, словами которого мы и завершим эту тему, — следует отметить ее чрезвычайную стабильность, обратной стороны которой были ее консерватизм и традиционность — в выработке или адаптации новых форм существования. Эта черта особенно удивительна на фоне перемен в прилегающей в Западному Кавказу степи, где за время существования дольменной культуры трижды различные культуры сменяли друг друга, каждый раз заимствуя эталоны ремесленного производства у горцев».


Самир Хотко, Белла Агрба

Опубликовал administrator, 6-02-2009, 12:54. Просмотров: 3020
Другие новости по теме: