Архив сайта
Октябрь 2017 (11)
Сентябрь 2017 (26)
Август 2017 (45)
Июль 2017 (42)
Июнь 2017 (68)
Май 2017 (66)
Календарь
«    Ноябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


В БУРСЕ И ИНЕГЮЛЕ

С вершины горы Улудаг Бурса видна великолепно. Почти двухмиллионный город, четвертый по числу населения после Стамбула, Анкары и Измира, просматривается буквально в мельчайших деталях: берег Мраморного моря, портовая зона, деловой центр, исторические кварталы, спальные районы. Это там, внизу, мегаполис кажется огромным шумным муравейником, здесь же, с высоты птичьего полета, все воспринимается совершенно иначе – более спокойно и романтично.

Нынешним летом вместе с «Нэфом» мы провели в окрестностях Бурсы несколько дней. В самом городе бывали не так часто – больше находились в здешних адыгских селениях – это, впрочем, и было тогда нашей главной целью. Теперь же можно было целиком переключиться на Бурсу и рассмотреть ее более пристально. А здесь есть на что взглянуть.

ВТОРАЯ МЕККА

Накануне отъезда ансамбля «Нэф» в аул Ильккуршун, расположенный неподалеку от Измира, глава одного из муниципальных районов Бурсы под названием Османгази дал официальный прием и ужин для гостей из Адыгеи. Мы сидели за длинными столами в одном из городских парков, потом юные артисты из Энема устроили веселое Джэгу. Необычное зрелище сразу собрало сотни зрителей – в вечерний час пикниковая поляна, являющаяся излюбленным местом отдыха горожан, была очень оживленной. Больше других танцующим черкесам аплодировал мэр Мустафа Дундар, приехавший на эту встречу со своей супругой. Глава района пребывал в веселом настроении, с удовольствием общался с журналистами и рассказал немало интересного.

– Место, где мы сейчас находимся, является знаковым: именно здесь было основано первое поселение черкесов, перебравшихся почти полтора века назад в Бурсу с исторической родины, – подчеркнул он. – Сейчас в городе проживает большая черкесская община. Это очень уважаемые и влиятельные люди, работающие в самых разных сферах деятельности. Став частью турецкого общества, они всячески стремятся сохранить свою культуру, обычаи и традиции, развивают связи с соотечественниками. Я очень люблю культуру черкесов, особенно национальную кухню, ценю их за открытость, искренность и трудолюбие.

Дундар руководит районом порядка трех лет. До этого он был членом турецкого парламента. Мустафа родился в Турции, но его родители – уроженцы Греции, хотя и являются этническими турками. Их путь на родину был долгим и тернистым: из Греции они сначала перебрались в Болгарию, а уж затем – осели в Бурсе, поэтому, как говорит сам Дундар, он не может не сочувствовать трагической судьбе черкесов, которые тоже вынужденно оказались вдали от земли предков.

– Я знаю, что одна из острейших проблем для адыгов Турции – угроза потери родного языка, – говорит он. – В последние годы государство делает серьезные шаги, направленные на оказание поддержки национальным меньшинствам, в частности, черкесам, готово содействовать в организации курсов по изучению адыгского языка. Власти также приветствуют ваше стремление к общению со своими соплеменниками из других стран, высоко ценят вклад черкесов Турции в развитие деловых, экономических и культурных связей с Россией.

О развитии всесторонних контактов с Россией, являющейся географическим соседом Турции, Дундар заговорил отнюдь неслучайно. Товарооборот между двумя странами активно растет, а Бурса играет в этом процессе далеко не последнюю роль. Будучи крупным портовым центром, расположенным вблизи от оживленных транспортных узлов, город выходит на международный рынок как очень выгодный партнер. Помимо традиционно мощных направлений в экономике Турции – производство текстиля и сельхозпродукции – Бурса считается признанным лидером в сфере промышленности, автомобильной индустрии, мебельного производства и туризма, в частности, оздоровительного.

… – В истории Турции Бурса занимает особое место, – рассказывает активист городского Хасэ Фиридун Паранук. – Этот город был первой столицей Османской империи и сыграл важную роль в становлении современного турецкого государства. Уважение к нему здесь настолько огромно, что турки до сих пор называют его священным городом, вторым по значимости после Мекки.

У османской Мекки на самом деле римские корни – город был основан античным правителем Прусиасом, поэтому поначалу назывался Прусой. Турки, отбившие его у греков, стали называть это место на свой манер – Бурсой. Город славится горнолыжными курортами, бальнеологическими лечебницами, купальнями и, конечно, историческими достопримечательностями. С главной из них – мемориального комплекса султана Орхана – благодаря нашим гостеприимным бысымам – Исмету Хушт, Филиз Сохт и Фиридуну Парануку – и началось наше знакомство с Бурсой.

Орхан Гази – личность для любого турка легендарная. Султан-отец прославился тем, что в свое время отбил Бурсу у византийцев, а его сын Осман – стал основателем мощной и влиятельной турецкой империи, которая на протяжении почти шести веков носила его имя. Усыпальницы отца и сына находятся по соседству и являются местом всеобщего поклонения – ежедневно здесь бывают тысячи людей, много иностранных туристов. На территории комплекса расположены мечеть, медресе, постоялый двор и кухня для бедных.

Из того, что удалось посмотреть в эти дни – Большая мечеть, построенная султаном Баязидом Молниеносным в конце XIV века (считается, что именно с нее началась традиция строительства в исламском мире многокупольных мечетей), а также знаменитая Зеленая мечеть – уникальный памятник исламской архитектуры.

ИНФОРМАЦИИ МНОГО, А ЧЕМУ ВЕРИТЬ?

Паранук, с которым мы познакомились минувшим летом во время приезда сюда ансамбля «Нэф», в Хасэ города Бурсы – человек незаменимый. Опыт общественной работы у него немалый, он человек современной формации – деловой, прагматично мыслящий, патриотично настроенный, но главное, что ценят в нем земляки – великолепное владение родным языком, поэтому Фиридун всегда в эпицентре всего, что происходит в среде местной черкесской диаспоры. В свое время он стоял у истоков возрождения черкесского общественного движения в Бурсе, потом создания Кавказского Хасэ – так что лучшего источника информации тут просто не найти.

– В Бурсе проживают порядка шестидесяти тысяч черкесов, а также представители других народов Кавказа, – рассказывает Паранук. – Чтобы объединить соплеменников и совместными усилиями решать актуальные для нас проблемы, в 1963 году в городе был создан Кавказский культурный центр, выполнявший роль своего рода клуба для общения выходцев с Кавказа. В 90-х мы создали Кавказское Хасэ. Всех вовлечь в этот процесс, к сожалению, не получается – более-менее активно в жизни диаспоры участвуют порядка пятисот человек, на крупные мероприятия собирается около трех тысяч.

Два года назад черкесы Бурсы первыми в Турции переименовали свое Кавказское Хасэ в Черкесское Хасэ. Вскоре их примеру последовали другие. Практика последних лет показала, что у кавказцев, живущих в Турции, например, чеченцев, дагестанцев и осетин, проблемы подчас совершенно разные и видение путей их решения – кардинально отличаются. Долгое время, подчеркивают местные черкесы, мы больше занимались проблемами других, теперь настало время вплотную заняться своими. Офис организации располагается в центре города в трехэтажном здании. Здесь есть самое необходимое для работы – зал заседаний, рабочие кабинеты, танцевальный класс, библиотека и кухня. Помещения арендуются, но сейчас ведутся переговоры с муниципалитетом о выделении земельного участка под строительство нового здания Черкесского Хасэ.

– Интерес к народной культуре у нас всегда был большим, – подчеркивает Паранук, – поэтому первым делом мы создали танцевальный ансамбль, получивший название «Бланэ». Через него прошли сотни мальчишек и девчонок. Азам адыгской хореографии они учились именно здесь, в Хасэ. Кстати, «Бланэ» бывал на исторической родине – принимал участие в одном из Всемирных фестивалей адыгской культуры в Майкопе.

Фиридун – глубоко сопереживает всему, что делает, что любит, во что верит. Однажды во время рассказа о воспоминаниях его бабушки Муминат, пережившей горькую трагедию махаджирства и ребенком оказавшейся в Турции, он не мог сдержать слез. Было видно, насколько все это глубоко выстрадано им. Во многом «благодаря» этим рассказам очевидцев, в полной мере познавших на себе «гостеприимство» чужбины, он и пришел много лет назад в Хасэ. Разве можно забыть о страшной судьбе, постигшей предков?

– Я родился в селении Саваш, расположенном в пригороде города Бига, – говорит Паранук. – Рядом с нашим аулом еще около десятка адыгских селений. На карте они обозначены по-турецки, но местные жители называют их на свой манер – Шенджий, Вочепший, Тахтамукай, Хатукай, Тугужкой и т.д.

Черкесы традиционно занимаются сельским хозяйством, подчеркивает собеседник, но времена меняются – эта отрасль, кормившая здесь несколько поколений адыгов, становится все менее востребованной у подрастающих поколений. Молодые черкесы все чаще предпочитают жизнь в крупных городах, поэтому выбирают учебу и бизнес, а не тяжелый крестьянский труд, уезжают из родных селений. Постепенно ослабевает не только связь с аулами, где они родились, теряется и родной язык.

– По-адыгски я научился говорить еще в глубоком детстве – спасибо старшим, – рассказывает Паранук. – Как и большинство моих сверстников, я пошел в школу, не зная ни слова на турецком. Мои же дети, несмотря на все наши с супругой усилия, к сожалению, родную речь только понимают на слух…

Чтобы исправить положение, Фиридун твердо решить отправить сына на историческую родину. В следующем году Нарт Паранук заканчивает школу, а высшее образование намерен получить в Адыгее. Там же, как надеется отец, у него будет возможность выучить русский и адыгский языки, а также в полной мере погрузиться в традиционную культурную среду своего народа.

«СРЕДИ СВОИХ СОПЛЕМЕННИКОВ Я ЕДИНОМЫШЛЕННИКОВ ПОКА НЕ НАШЛА…»

Эмель Хушт приходит в Хасэ, как на работу, практически каждый день. Для нее это не просто привычка – часть жизни. Помимо общественной работы личных забот и домашних дел ей, естественно, вполне хватает – вместе с супругом у них небольшой семейный бизнес, но душа все равно рвется сюда. В офисе Черкесского Хасэ Бурсы у Эмель есть свой уголок – отдельный рабочий кабинет. Места тут не слишком много – большую часть комнаты занимают стеллажи с книгами, а также несколько столов, заменяющих ученические парты, на стене – школьная доска.

– Несколько лет назад под эгидой Федерации Кавказских Хасэ Турции (КАФФЕД) у нас были открыты курсы по изучению адыгского языка, – рассказывает Эмель. – Первая группа насчитывала сорок человек разных возрастов. Были среди них не только черкесы, но и абхазы. По крупицам собирали учебные пособия, художественную литературу, научные и познавательные книги. Были большие проблемы с методическими материалами. Первую программу для занятий, рассчитанную на два года, я составляла сама. По отдельной программе обучались дети и молодежь, танцевавшие в ансамбле «Бланэ». Но так долго продолжаться не могло – необходимо было все менять, переходить на новый уровень работы: искать современные учебники, компьютерные программы, наглядные пособия. Тогда единомышленников среди соплеменников я не нашла, надеюсь, теперь будет по-другому: самосознание турецких адыгов начало кардинально меняться.

Эмель родилась в турецком ауле Панахес, расположенном вблизи города Бандырма. Вышла замуж, перебралась в Бурсу. Прежде, чем обучать соплеменников родному языку, сама окончила курсы преподавателей, организованные КАФФЕД, получила удостоверение государственного образца. В составе первой группы учителей черкесского языка из Турции она побывала на исторической родине. В 2010-ом вместе с редакционной группой журнала «Псынэ», издающимся в Нальчике, Эмель Хушт приезжала в Причерноморскую Шапсугию, нашла родственников в ауле Большой Кичмай.

– Я никогда не заставляю людей изучать материнский язык – это бесполезно, – убежденно считает Эмель. – Моя задача – увлечь их красотой родной речи, сделать занятия максимально интересными и полезными. Люди, регулярно посещающие уроки, меняются буквально на глазах – «переворачивается» не только их привычное мировоззрение, появляется уважение к самим себе, другим становится и восприятие проблем своего народа. Так что родной язык и адыгагъэ, без преувеличения – основа всех основ для каждого, кто считает себя настоящим черкесом!

(продолжение следует).

Анзор НИБО, Сочи – Бурса – Инегюль – Сочи. Фото автора

Бурса и Инегёль (Турция) глазами черкесов Краснодарского края (часть II)


























Бурса

Бурса и Инегёль (Турция) глазами черкесов Краснодарского края (часть II)


























Фиридун Паранук

Бурса и Инегёль (Турция) глазами черкесов Краснодарского края (часть II)





























Эмель Хушт

Усыпальница основателя Османской империи

Бурса и Инегёль (Турция) глазами черкесов Краснодарского края (часть II)
 (голосов: 0)
Опубликовал administrator, 7-12-2011, 14:38. Просмотров: 1788
Другие новости по теме:
Бурса и Инегёль (Турция) глазами черкесов Краснодарского края
Для черкесов Измира (Турция) были открыты 2-месячные курсы изучения родного ...
Организация «Адыгэ Хасэ – Черкес Дернек» турецкого города Бурса отметила 50 ...
В Турции прошла встреча черкесов Юга Мраморного моря
Черкесы Турции в Хасэ Багларбаши (Стамбул), Анкары и Бурсы провели выборы