Архив сайта
Сентябрь 2017 (24)
Август 2017 (44)
Июль 2017 (42)
Июнь 2017 (68)
Май 2017 (66)
Апрель 2017 (68)
Календарь
«    Сентябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Ближний Восток: стабилизация достижима


Едва ли не самые интересные события (если говорить о международной политике) в настоящее время происходят на Ближнем Востоке. Регион находится в процессе серьёзных трансформаций, за которыми внимательно наблюдает «Рабкор». Известный российский арабист, историк и политолог Григорий Косач рассказал в интервью Кристине Мельниковой о том, как будут, на его взгляд, развиваться события на Ближнем Востоке.

Сейчас всё внимание приковано к Сирии, поэтому стоит, наверное, начать с вопроса об этом государстве. Достаточно ли в настоящее время прогнозируема и однозначна ситуация в Сирии? Есть ли вероятность того, что расстановка сил может кардинально измениться? Башар Асад, по-видимому, пытается продемонстрировать сирийцам свою готовность двигаться по пути демократических преобразований, уступок оппонентам и смягчения внутренней политики в надежде найти социальную поддержку. Не так давно он провозгласил всеобщую амнистию.

Я не думаю, что расстановка сил в Сирии может кардинально измениться в более или менее отдалённом будущем. Скорее всего, режим Башара Асада рано или поздно уйдёт. Несмотря на попытки представить себя в качестве силы, идущей по пути демократических преобразований. Объявленная им всеобщая амнистия, о которой вы мне задаёте вопрос, на самом деле, не распространяется на преступления, связанные с террористической деятельностью. Я цитирую официальное заявление сирийского президента.

Иными словами, на абсолютное большинство членов оппозиции эта амнистия не распространяется. По этому поводу все заявления об амнистии, о проведении каких-либо выборов в Сирии (об этом говорилось несколько ранее) - всё это декларативные шаги, которые не воспринимаются всерьёз.

Что собой представляет сирийская оппозиция? Её обычно изображают в чёрно-белых красках - либо это боевики и наёмники, либо разозлённые тоталитарным и бесчеловечным режимом сирийцы, повстанцы? Что есть на самом деле?

Сирийская оппозиция - это тоже достаточно странное явление. Те группы интеллигенции, которые спровоцировали нынешний конфликт в Сирии (а сегодняшняя ситуация в стране может быть охарактеризована как реально происходящая гражданская война) оттеснены на задний план. Сегодня мало кто вспоминает о существовании так называемого Сирийского национального совета, в котором были представлены основные группы, находившиеся в оппозиции. Сегодня мало кто вспоминает о Сирийском коалиционном комитете, в который входили основные силы внутренней сирийской оппозиции. Сегодня все говорят только о том, что есть Сирийская освободительная армия, которая представлена людьми, воюющими с регулярной армией Башара Асада.

Сирийская освободительная армия включает значительное количество тех людей, которые в своё время покинули сирийскую регулярную армию по тем или иным соображениям. И эта Свободная армия не представлена, конечно же, боевиками и наёмниками. В её рядах если и есть представители каких-либо боевых групп, которые действовали в своё время в Ливии, то они крайне незначительны. В общем и целом это те, кто дезертировал из сирийской регулярной армии.

Сирийская свободная армия также не является единым целым. В её рядах под общим названием, под общим ярлыком объединены разрозненные группы, вооружённые оппозиционные отряды, которые чаще всего плохо контактируют друг с другом и, как правило, не имеют единого командования. На протяжении долгого времени поступали сведения, что Сирийская свободная армия, кажется, смогла достичь соглашения с большинством командиров относительно того, чтобы они подчинялись её руководству. Но неизвестно, насколько успешно они действуют в этом направлении.

В рядах Сирийской свободной армии сегодня значительное влияние оказывают группы, связанные с сирийским отделением движения «Братья-мусульмане». И, видимо, эти группы являются сегодня ведущими.

Произошло оттеснение либеральной и далёкой от каких-либо религиозных взглядов интеллигенции на обочину развития сирийских событий. Её место заняли те, кто в других арабских странах сменили либеральную оппозицию уже после революционных изменений.

Сегодняшняя ситуация в Сирии свидетельствует только об одном - если в Сирии и произойдут очень серьёзные политические изменения, то во главе государства встанет не либеральная оппозиция, а те люди, которые сегодня командуют Сирийской свободной армией. Военный режим будет заменён на новый военный режим. И этот новый военный режим будет нести на себе очень значительный отпечаток религиозности. С этим необходимо жить сегодня - без этого не обойтись.

Имеется ли у сирийской оппозиции чёткое видение преобразований, которые должны произойти в стране после их вероятной победы?

Либеральной интеллигенцией - все тем же Сирийским национальным советом - разработано несколько документов, которые как раз и включают в себя в себе идеи, связанные с созданием плюралистической, с либеральной экономикой Сирии будущего. Но вопрос сегодня заключается в другом - насколько эти идеи будут реализованы в будущей Сирии, если ситуация такова, что либеральная оппозиция оказалась оттеснённой на обочину развития событий.

Как результат выборов в США (переизбрание Барака Обамы) отобразится на ближневосточном регионе и, в частности, на раскладе сил в Сирии?

Я не думаю, что результат выборов в США существенно повлияет на расклад сил в Сирии. Просто потому, что существует международная законность, а российско-китайская позиция в отношении Сирии известна. И Штаты не будут рисковать для того, чтобы усиливать своё давление на Сирию. Возможность внешней интервенции в сирийские дела маловероятна, если не измениться российско-китайская позиция. От этой позиции будет многое зависеть.

С другой стороны, нынешняя сирийская ситуация если и доказывает что-то, то она доказывает одну важную вещь - сегодня нет ни одной внешней силы, которая могла бы взять на себя ответственность за решение сирийского вопроса, как это было в случае с Ливией. Ни США, ни Евросоюз, ни Турция, ни какие - либо иные внешние силы не смогут действовать столь же последовательно, как это происходило в Ливии , хотя бы потому, что не все члены Совета безопасности ООН согласны с возможностью такого рода деятельности. Эти участники Совета безопасности будут и далее проводить свою линию, направленную на недопущение внешнего вмешательства в сирийские дела.

Вписывается ли Сирия в общую канву событий «арабского пробуждения» и есть ли какие-либо существенные отличия и особые черты сирийских революционных событий?

Да, конечно. Вопрос заключается не в том, вписывается Сирия или не вписывается в канву событий «арабской весны». Вопрос заключается в другом: если в других странах развитие событий происходило более менее последовательно - поначалу деятельность либеральной оппозиции, демократические идеалы содействовали изменению режима. Таков был путь развития событий и в Йемене, в Египте. В Сирии же дела обстоят совсем иначе - там происходит ускоренное развитие событий. В рамках этого либеральная оппозиция уже давно оттеснена на обочину происходящего, как я уже говорил.

Пошатнутся ли позиции Ирана в регионе после вероятного падения режима Башара Асада?

Позиция Ирана после падения режима Башара Асада, разумеется, пошатнется. Режим шатается уже сегодня - это очень существенный момент. Палестинские игроки на ближневосточной политической арене (я имею ввиду, в первую очередь, Хамас) уже отошли от союза с Сирией и Ираном. Внешняя штаб-квартира Хамас переместилась из Дамаска в Катар, а это говорит о многом.

Второе обстоятельство - в рядах ливанской Хезболлы происходит очень серьёзное брожение. Визит эмира Катара в Сектор Газа доказывает, что в случае с Хезболлой, если будут производиться последовательные действия арабских режимов в отношении этого движения, могут произойти очень серьёзные изменения. Иными словами, Иран потеряет свои основные опоры в регионе.

В чём состоят внутренние противоречия ислама, ведущие к региональной напряжённости? Что раскалывает мусульманский мир на Ближнем Востоке?

Я не думаю, что существуют очень серьёзные противоречия внутри ислама, которые ведут к региональной напряжённости. Я понимаю, что Вы имеете ввиду то, о чём так часто говорят в России, повторяя перепевы конспирологов-геополитиков западного мира - о существовании шиитско-суннитских противоречий. Да, безусловно, в регионе Ближнего Востока (а Иран не относится к региону Ближнего Востока, Иран, если рассматривать ситуацию с точки зрения московского окна - это регион Среднего Востока) имеются существенные вкрапления шиитских меньшинств. Шиитские меньшинства существуют в Ливане, значительная доля населения Ирака представлена шиитами, шиитские вкрапления существуют во многих арабских странах зоны Персидского залива, в Саудовской Аравии. Но всё это вовсе не означает, что происходит некое шиитское пробуждение в регионе Ближнего Востока и обостряются шиитско-суннитские отношения.

Проблема заключается в другом: там, где шииты являются меньшинствами или же являются относительно значимой долей местного населения - они всегда находились в ситуации дискриминации со стороны правящих режимов, которые чаще всего представляли сунниты. Поэтому шиитский вопрос в регионе - это вопрос общих демократических преобразований.

Можно говорить о шиитском возрождении, но только в том случае, если речь идёт о том, что необходимо добиться такого изменения положения шиитского меньшинства в соответствующих странах, которое позволило бы этому меньшинству вписаться в местную общегосударственную жизнь. С другой стороны, можно говорить о реальном противостоянии двух основных центров силы, которые существуют в арабском мире. Я имею в виду Саудовскую Аравию и Катар, с одной стороны, и попытку Ирана создать собственное господство, опираясь на шиитские меньшинства в странах этого региона. Но это также выходит за пределы суннитско-шиитских противостояний, которые на самом деле являются проблемой общедемократических преобразований в этом регионе, как я уже говорил.

Можно ли говорить об «управляемом хаосе» в регионе, или же это выдумки сторонников конспирологических теорий?

Я абсолютно не думаю, что речь идёт о каком-то управляемом хаосе. Всё объясняется очень просто: определённая группа российских политиков, а за ними и обслуживающие их российские политологи, перенося ситуацию в этом регионе на Россию, пытаются примерить её на российском материале, опасаясь, как бы в России не случилось чего-то подобного. Отсюда происходят рассуждения, связанные с конспирологическими теориями разного рода, включая и «управляемый хаос».

Какие блоки государств с общими политическими интересами в настоящее время можно выделить на Ближнем Востоке? И какую поддержку эти государства находят у других заинтересованных акторов геополитики?

Говоря об общих политических интересах неких блоков государств на Ближнем Востоке, я уже называл сегодня две ведущие державы - это Саудовская Аравия и Катар, которые во многом определяют развитие политики в этом регионе.

Разумеется, США недовольны расширением зоны иранского влияния. В силу этого штаты не могут не выступать в поддержку сирийской оппозиции, по крайней мере, на словах. Как я сказал, прямого вмешательства во внутрисирийские дела ждать долго, то же самое относится и к государствам ЕС.

Что же касается российской позиции, то она состоит в надувании щёк и более не в чем, потому что у России нет каких-либо серьёзных экономических зацепок в регионе Ближнего Востока. Россия поссорилась с ведущими ближневосточными державами. С той же Саудовской Аравией. Достаточно посмотреть на эти страны с позиций российских «политологических» сайтов.

Китай занимает достаточно простую и традиционную для этой страны позицию - он никогда не пытался открыто поддерживать какую-либо из сторон, решая вопросы, связанные с тем, чтобы укреплять своё экономическое присутствие в странах этого региона. Хотя пример, который я сейчас приведу не относиться к этому региону - если смотреть на эту часть мира из московского окна, как я говорил, то это будет также регион Среднего Востока. Но как Вам нравится то, что Китай начинает бурение нефти на севере современного Афганистана. Это хорошая ситуация? Из Афганистана должны будут уйти США. Туда не может войти Россия по причине того, что её там никто не ждёт. Китай, занимающий позицию, как говорили об этом во времена позднего Мао Цзэдуна, сидение на вершине горы и наблюдения за тем, как в долине сражаются тигры. Китай обретает своё экономическое присутствие даже в этом не очень неэффективно действующем сегодня государстве.

Израиль изолирован в регионе Ближнего Востока, и говорить о том, что он играет какую-либо существенную роль в развитии событий в арабскои мире, сегодня невозможно, потому что он не включён арабским миром в общий регион Ближнего Востока. Он несколько в стороне, поэтому Израилю остаётся только наблюдать за развитием событий. Разумеется, он может выражать опасения по поводу того, что в Египте приходят к власти «Братья-мусульмане». Разумеется, он может выражать свои опасения по поводу того, что в Сирии придут к власти местные «Братья-мусульмане». Но это мало кого заботит просто потому, что Израиль находится, как я сказал, в ситуации, когда он отделён от арабской части Ближнего Востока стеной непризнания, за исключением некоторых стран. Поэтому его роль в этих событиях минимальна. Ему нужно задумываться только о том, как бы изменения в окружающих его странах не нанесли ему какого-либо ущерба.

Есть ли предпосылки начала революционных процессов в странах Ближнего Востока, где пока что «всё спокойно»? В частности, насколько стабилен режим Ахмадинежада?

Замечу, что говорить о стабильности режима Ахмадинежада не приходится, потому что в Иране всё решает не он - он лишь исполнитель воли того, кого в Иране называют духовным руководителем - Сайеда Али Хаменеи. И что захочет его левая нога сегодня, то завтра и произойдёт с Ахмадинежадом.

Сегодня достаточно активна кувейтская молодёжь. Проблемы противостояния законодательной и исполнительной власти в этой стране лежали на поверхности. Там давно уже требуют создание конституционного эмирата, эмирская власть должна быть крайне ограниченной - должно быть нечто похожее на систему королевского правления в Великобритании, не более того. Но даже там никто сегодня не покушается на эмирскую власть просто потому, что в Кувейте, как и во всех арабских странах субрегиона Персидского залива и Аравийского полуострова, легитимность существующих государств тесно и неразрывно связана с существованием в этих государствах местных правящих семей. Если разрушить связь между государством и правящей правящим семейством, то это будет означать только одно - это государство теряет собственную суверенность. То же самое относится к Саудовской Аравии, Катару, Бахрейну и так далее. Устранение власти правящей семьи, разрыв связи государства и этой правящей семьи будет означать только одно - государство более не имеет права на существование.

Насколько справедливо предположение, что Россия сейчас «теряет» Ближний Восток?

Россия уже давно потеряла Ближний Восток. Более того, России никогда и не имела тесных связей с Ближним Востоком. Потому что российская политика и в советское время строилась наскоками, а не с помощью длительного и последовательного внедрения в этот регион. Всё то, что там строила Россия, строилось из соображений престижа, а вовсе не из соображений внедрения в этот регион. В регионе даже в лучшие советские времена очень мало кто знал русский язык, в этом регионе у России никогда не было каких-то существенных позиций.

Взаимоотношения с СССР определялись только одним обстоятельством - те или иные страны, например Египет, Сирия, Ирак или Алжир завязывали отношения с Совестким Союзом только для того, чтобы противостоять США. На основе этой мировой конфронтации России и удавалось попасть на Ближний Восток. После того, как «холодная война» закончилась, у России с её крайне ограниченными экономическими возможностями и неумением работать с местными людьми, не осталось никаких шансов для того, чтобы и далее присутствовать в этом регионе. Я здесь очень пессимистичен.

Кого воспринимают в качестве партнёров страны Ближнего Востока?

Самое любопытное заключается в следующем - самыми близкими партнёрами государства БВ остаются их бывшие метрополии. Было время, когда в 60-е - 70-е и даже в начале 80-х годов, существовало на Ближнем Востоке марксистское государство - Народно-демократическая республика южный Йемен. Сегодня это часть Йеменской арабской республики. Так вот, в официальной доктрине в этой стране был закреплён марксизм советского образца со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами. Но если бы мы исключили поставки туда оружия, например, то поняли бы, что основные внешнеэкономические связи (при том, что Советский союз лучший друг), то увидели бы, что в остальном он продолжает ориентироваться на Великобританию - страну метрополию. Вы думаете, Франция просто так безосновательно пытается играть очень серьёзную роль в сегодняшних сирийских событиях? Да нет. Франция до сих пор имеет достаточно серьёзные экономические позиции в Сирии. Франция была метрополией Сирии вплоть до 40-х годов 20 столетия.

Можно ли на сегодняшний день говорить о стабильности в тех странах, где в результате революций и социальных волнений сменился политический режим?

Разумеется, говорить о полной стабильности в этих странах невозможно. События в Египте, события в Ливии это лишний раз доказывают. В условиях, когда в силу революционных изменений всё общество пришло в волнение, когда преобразовалась политическая система этого общества, состоящего из многочисленных кланов, племён, оно не может быстро прийти в себя. Нужен некий временной этап, в течение которого это общество сможет прийти в себя. Но для того, чтобы оно пришло в себя, этому обществу необходимо уяснить одну вещь - для созидания нового государства различные фракции должны достичь взаимопонимания, они должны идти по пути достижения консенсуса между собой, а не вступать в вооружённую борьбу друг с другом. Вооружённая борьба может привести лишь к окончательному разрушению государства. Путь поиска точек соприкосновения, переговоры - это путь сохранения государства. Естественно, что если идти по пути достижения согласия, то это означает, что все должны идти на уступки друг другу. Без этого консенсус не будет достигнут.

А это возможно?

Если у людей есть мозг, и они хотят пользоваться этим преимуществом, то вполне возможно. В обратном случае, это проблема этих людей. Я обращаю внимание на развитие ситуации в Ираке, где до сих пор различные группы политической элиты не пришли к согласию относительно того места, которое каждый из них будет занимать в политической системе этой страны. Так что этот вопрос открыт, и это вовсе не означает, что «насаждаемая Соединёнными Штатами демократия ущербна и неприемлема для этих стран». Демократия - это набор принципов, а претворять в жизнь эти принципы можно по-разному.

В целом, как Вы оцениваете изменения после «арабской весны»? Можно ли говорить о демократизации политической жизни в этих странах, учитывая, что у власти преимущественно находятся исламисты?

Там произошли демократические преобразования, приход исламистских партий - это результат этих преобразований, поскольку они произошли по воле людей. С другой стороны, ислам многообразен и разнообразен. Это только мы в России в силу наших внутренних причин испытываем страх перед этим явлением. На самом деле в рядах тех, кого мы называем исламистами, существует множество самых разнообразных течений. Нам бы нужно изучать эти течения, нам бы нужно выяснять, кто из них кто, поддерживать и завязывать с ними отношения. А у нас до последнего времени «Братья-мусульмане» входили в список запрещённых организаций. Сегодня они у власти в Египте, например. Так что же, если этот список продолжает существовать, нам нужно разорвать дипломатические отношения?

Разумеется, я считаю изменения после «арабской весны» положительными. Либеральные, демократические элементы вызвали к жизни огромную массу народа. Эти огромные массы народа не всегда хорошо представляют себе, чего они хотят, но они участвуют в политической жизни, а это уже хорошо.

Происходят ли какие-то социальные преобразования в этих странах?

Насколько я себе сейчас представляю, ничего особенного там не совершается, там только рассуждают о том, что ислам по своей природе социальная религия. Но им не до этого - нужно бороться с внутренней нестабильностью. Вначале необходимо урегулировать политические проблемы, а потом, если они будут разумными, взяться за социальные преобразования. Но этот вопрос остаётся пока что открытым.

Rabkor.ru
 (голосов: 0)
Опубликовал administrator, 17-11-2012, 18:36. Просмотров: 974
Другие новости по теме:
Падение Асада (Сирия) - удар по Ирану, России, Израилю и Европе
Авраам Шмулевич: С Россией плохо, но без нее мир станет хуже, – Иран, Израи ...
Пертес, Германия: Конфликт в Сирии готов перерасти в войну между странами Б ...
С очередным диктатором будет покончено, а с кровопролитием - вряд ли
О возможных перспективах развития ситуации в Сирии, - Владимир Ахмедов