Архив сайта
Сентябрь 2017 (22)
Август 2017 (44)
Июль 2017 (42)
Июнь 2017 (68)
Май 2017 (66)
Апрель 2017 (68)
Календарь
«    Сентябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 
ГОЛОСОВАНИЕ НА САЙТЕ
Какая страна, на Ваш взгляд, примет больше беженцев-черкесов из Сирии?
Российская Федерация
Соединенные Штаты Америки
Ни та, ни другая
СМС-помощь


Аслан Шаззо на сервере Стихи.ру


Краткая предыстория черкесского вопроса


Для того, чтобы понять, почему решение МОК о проведении зимней Олимпиады 2014 в г. Сочи обострило черкесский вопрос, необходимо, прежде всего, обратиться к истории его появления. Поэтому, не претендуя на исчерпывающее описание, постараемся обозначить ряд важных эпизодов прошлого, связанных с Кавказской войной. Трудно назвать другой период древней истории Черкесии, когда трагические события были бы настолько переплетены с моментами удивительного подъема. Противостояние продвижению Российской империи на Северо-Западный Кавказ, задача сохранить людей и защитить свою землю, заставляли черкесское общество концентрировать все свои силы и ускоренно развиваться.

Арда Инал-Ипа: Сочинская Олимпиада и обострение черкесского вопросаТак, в самый тяжелый период, во время завершающей стадии Кавказской войны, в июне 1861 г. на съезде старейшин[1], было принято решение о создании союза, необходимого для политической и военной консолидации, для поддержания внутреннего порядка, а также для решения общенациональных политико-правовых задач. Для управления союзом был учрежден руководящий орган Меджлис – Великое свободное заседание. Фактически, принятые решения означали формирование конфедеративного государства с постоянно действующим коллегиальным органом власти, осуществляющим как законодательные, так и исполнительные функции. Подобное знаменательное событие было одновременно естественным результатом внутреннего развития адыгского общества, а также ответом на угрожающие внешние факторы, перед лицом которых необходимо было более согласованно разрабатывать и осуществлять политику сопротивления, избегая противоречивых действий и метаний отдельных обществ.

С этого момента окрестности современного Сочи стали местом расположения столицы черкесского государства. Вновь созданное конфедеративное объединение практически сразу стало вести разностороннюю внешнеполитическую деятельность, которая получила международную поддержку со стороны общественных организаций солидарности с борющимся народом Черкесии – черкесских комитетов Стамбула и Лондона. Благодаря активным действиям правительства, Черкесия стала приобретать черты субъекта международного права. В сентябре 1861 г. горцы выразили готовность перейти в русское подданство, если им дадут возможность остаться на прежних местах жительства.

Меджлис пытался вести переговоры с российским императором Александром II, однако к тому времени российское правительство уже окончательно определилось в своей политике и не собиралось останавливать военные действия и отказываться от жестких мер завоевания кавказских земель. В июле 1862 г. российский флот организовал высадку десанта в окрестностях Сочи и в результате кровопролитных боев здание Меджлиса и другие постройки были сожжены. Через два года, в мае 1864 года, после решения царским правительством главных военных задач на Северо-Западном Кавказе, на поляне Кбаада (на абх. Губаадэы, совр. Красная Поляна) прошел парад российских войск, ознаменовавший собой окончание столетней войны с черкесами.

Прерванная история...


Таким образом, можно заключить, что мощный подъем национального сознания, интенсивная дипломатия между черкесскими субэтносами, родственными народами и великими державами того времени, включая и Российскую империю, выработка принципов конфедеративного объединения и, наконец, создание государственности, с самого начала обладавшей необходимым потенциалом для решения политических и правовых общенациональных задач – все это было прервано на самом взлете.

Здесь мне представляется уместной психологическая аналогия с судьбой отдельного человека, пережившего смертельную угрозу, когда ему не удалось завершить действие, направленное на сохранение своей безопасности. Это прерванное действие, эта неудовлетворенность от нереализованного намерения навсегда остается частью психологической травмы, постоянно вызывая тревогу и подспудно влияя на его эмоциональную жизнь и выбор дальнейшей судьбы, до тех пор, пока хотя бы в символической форме прерванное действие не будет завершено. Проводя аналогию с процессами, происходившими на Северо-Западном Кавказе на стадии завершения Кавказской войны, можно сказать, что имперской военной машиной было прервано не просто действие, а национальное движение в целом в момент наибольшего подъема, на самом пике концентрации сил и духа народа, стоящего перед лицом смертельной опасности.

Конечно же, этот драматический момент, который можно назвать исторической травмой, не мог бесследно исчезнуть из народной памяти и, оставаясь замороженным в сталинский период, десятилетиями подавляемый советской идеологией, он вырвался наружу, как только Советский Союз уступил место новой России. Тема была разморожена, что стало ясно и по появившимся публикациям и по созданию общественных организаций, и по известному обращению Б. Ельцина к кавказским народам в связи со 130-летием окончания Кавказской войны, и по обращению черкесов в Государственную Думу по поводу признания геноцида черкесов в XIX в. и т.п. Поэтому ничего неожиданного нет в том, что известие о проведении в 2014 году, в год 150-летия завершения Кавказской войны, зимних Олимпийских игр в российском городе Сочи, фактически стало пусковым моментом для того, чтобы черкесский вопрос прозвучал с новой силой уже на международном уровне.

Современное звучание черкесского вопроса. Спектр позиций и мнений


Нужно сказать, что, несмотря на остроту поднимаемых вопросов, в черкесском движении нет абсолютного единства как относительно долгосрочных перспектив черкесского движения, так и относительно Сочинской Олимпиады в частности. Для того, чтобы лучше представить существующий широкий спектр мнений, обратимся к некоторым высказываниям известных черкесских общественных деятелей. Практически все согласны с основными пунктами повестки дня черкесского движения, самыми важными из которых считаются – признание геноцида, объединение всех разрозненных территорий, населенных черкесскими субэтносами в рамках одного этно-территориального субъекта и возвращение черкесской диаспоры на историческую родину. Однако форма предлагаемой реализации этих задач существенно различается.

Так, в «Декларации нации государства Черкесии», выработанной в 2008 г. активом черкесских организаций, в параграфе, посвященном территориальным вопросам, в частности, довольно жестко сказано: «Будучи разделенными ..., отвергая границы субъектов т.н. Российской Федерации, мы, черкесы признаем лишь целостность и неделимость Государства Черкесия»[2]. С другой стороны, слышны вполне умеренные призывы заниматься восстановлением историко-культурного пространства адыгов, подчеркивая неразумность предъявления территориальных претензий к республикам Северного Кавказа, что привело бы к войне всех против всех[3].

Относительно проблемы геноцида также есть существенные различия в подходах, поскольку некоторые черкесские общественные деятели высказывают мнение о том, что наиболее важным является факт признания этой трагедии не столько международным сообществом, сколько самим черкесским народом[4]. Что касается работы с диаспорой, то и здесь есть разность в позициях – от требований в ближайшее время возвратить миллионы потомков изгнанников в пределы исторической Черкесии до переноса акцента к развитию горизонтальных связей с диаспорой, используя возможности современных информационных технологий, формируя модель дисперсной нации. Относительно проведения зимней Олимпиады в Сочи разброс мнений также велик.

С одной стороны – призывы некоторых представителей зарубежной черкесской диаспоры к МОК, к различным странам и международным организациям бойкотировать Олимпиаду в Сочи. С другой – согласие представителей северокавказских республик участвовать в официальной церемонии открытия Олимпиады, на которой под воздействием высказанных протестов, будут использованы элементы черкесской народной культуры. Здесь же следует отметить, что «даже радикально настроенные лидеры черкесского движения не разделяют огульного отрицания проведения Олимпиады, а фактически говорят о формах, по поводу которых устроители этого спортивного форума могли вести более конструктивный диалог с кавказцами, местными жителями региона»[5].

В связи с вышесказанным приходится удивляться тому, что российские власти не пошли навстречу даже умеренным требованиям черкесских организаций. Почему идее ответственности за геноцид нельзя было противопоставить признание исторических фактов и выражение сожаления по поводу жестокости ведения Кавказской войны и насильственного выселения черкесов[6], а в противовес идее бойкота Сочинской Олимпиады заблаговременно (а не вынужденно) запланировать использование в олимпийской символике и в официальных олимпийских церемониях кавказских, в частности, адыгских национальных мотивов и персонажей?

Подключение Грузии, игра на нескольких фронтах.


Трудно спорить с тем фактом, что противоречия между официальной Москвой и черкесским движением используются традиционными оппонентами России в целях дестабилизации ситуации на Кавказе и поддержки центробежных сил[7]. Не имея возможности отдельно рассмотреть роль внешних факторов, считаем необходимым все же коротко остановиться на подключении Грузии к черкесской проблематике в связи с СОИ.

По мнению ряда политологов, после войны 2008 г., когда, с грузинской точки зрения, союзнические отношения с Западными странами не прошли проверку на прочность, Грузия Саакашвили решила позиционировать себя региональной державой, неожиданно вспомнив о кавказской идентичности и ценности братских отношений с соседними республиками. Обратив внимание на Северный Кавказ, Грузия при прерванных связях с Россией, начала развивать дипломатические отношения с российскими субъектами, в частности с парламентами северокавказских республик.

Этим грузинское руководство пыталось одновременно решить несколько задач – организовать симметричный ответ России после признания Южной Осетии и Абхазии, поддерживая сепаратистские движения и антироссийские настроения, внести разлад в отношения между абхазами и северокавказскими республиками и подготовить почву для формирования в Тбилиси общекавказского центра притяжения, утверждаясь в роли регионального лидера[8]. Особое место в этом контексте занимали контакты с черкесским миром. Кульминацией этой политики стало признание в 2011 г. Парламентом Грузии геноцида черкесского народа.

В Абхазии с большой тревогой наблюдали за тем, как проактивно действовали грузинские политики в черкесском направлении. Абхазы были очень обеспокоены тем, что их северокавказские братья могут довериться опасным инициативам их южного соседа. С абхазской точки зрения, внешнеполитический курс Грузии северокавказской направленности был основан не на искреннем желании утвердить дружеские отношения с приграничными народами, а с тем, что черкесская карта показалась им выигрышной в игре против России.

Тем не менее, при всей важности учета влияния внешних сил на ту или иную конфликтную ситуацию, считаем необходимым подчеркнуть, что никакой внешний фактор не сможет сработать, если не существует проблемная почва. Недооценка и отсутствие глубокого анализа внутренних причин конфликта приводят к упущению возможностей своевременно отреагировать на внутренние вызовы и предотвратить создание ситуации, когда как раз и может сработать недружественный внешний фактор.

Упущения и ошибки российского центра. Сочинская Олимпиада как зеркало проблем в российской системе управления.


Неготовность к позиции, занятой черкесскими организациями в ответ на решение о проведении Олимпиады 2014 в Сочи вызывает целый ряд вопросов в адрес российского центра. Почему вполне прогнозируемая реакция черкесов стала такой неожиданностью? Почему долгое время негативные вспышки в черкесской диаспоре игнорировались? Почему в России не обращают должного внимания на сложную динамику общественных настроений и озабоченностей в среде различных групп населения, в особенности этнических? Почему так неохотно и инерционно реагирует на возникающие осложнения система управления, обеспечивающая важнейший за последнее десятилетие проект России?

Почему игнорируется очевидная необходимость глубокого диалога внутри общества, в котором обязательно должны были участвовать и представители центра, и черкесских общественных организаций? Если бы такому важному решению, как подача заявки на проведение Олимпиады в Сочи предшествовал совместный с региональными экспертами и общественными деятелями анализ ситуации, прогнозирование вызовов и открывающихся возможностей, то можно было бы на стадии предварительного обсуждения иначе организовать весь процесс подготовки, в котором представителям черкесского общества было бы изначально отведено достойное место, что кардинально изменило бы и весь контекст проблемы.

Была ли альтернатива у черкесских организаций?


Кто оказался в выигрыше от жесткого сопротивления проведению СОИ? При однозначной антироссийской направленности международной кампании, несомненно принесшей России серьезную головную боль, вопрос о выигравшей стороне, по меньшей мере, не имеет однозначного ответа. Вряд ли можно сказать, что в выигрыше оказалось черкесское движение. На мой взгляд, поднятая громкая антисочинская кампания вместо приближения решения актуальных вопросов, стоящих в обширной повестке дня черкесского движения, вызвала большую тревогу тем, что черкесское движение (прежде всего, в лице зарубежных его акторов) позиционировалось как враждебное российскому государству. Тактика продвижения своей идеи, основанная на подходе «все или ничего» в результате осложнила решение тех вопросов, которые практически безболезненно можно было решать во взаимодействии с российскими властями.

Правы те авторитетные общественные деятели в Кабарде и других республиках Северного Кавказа, которые говорят, что легко, находясь за пределами России, диктовать правила тем, кто не на виртуальных форумах, а в реальности ежедневным трудом и стойкостью возделывают почву для продвижения идеи воссоздания черкесского единства, этой сложнейшей в условиях современного Кавказа политической и идеологической задачи. Не в выигрыше оказались и российско-грузинские, и черкесо-абхазские взаимоотношения. Не в выигрыше и само олимпийское движение, когда приближение дня Олимпиады омрачается угрозами и недружественными заявлениями. В результате возникает вопрос, насколько резонной была позиция, занятая теми организациями черкесской диаспоры, кто категорически требовал бойкотировать Сочинскую Олимпиаду? Была ли какая-либо альтернатива у черкесских организаций?

Например, не бойкотировать Олимпиаду, а сформировать объединенную черкесскую команду и бороться за право выступить под олимпийским флагом, обосновывая свое требование особыми связями с землей, на которой будут проводиться Олимпийские Игры 2014. И попытаться присоединить как можно большее число международных голосов в свою поддержку. Быть может, требование, поставленное в позитивном ключе – не бойкотировать, а напротив, развить, усовершенствовать правила, расширив формат участия – нашло бы больше понимания и привлекло бы больше сторонников во всем мире, создав условия для нового звучания черкесского вопроса.

В итоге, что получается в результате? Помогла ли проведенная кампания консолидации черкесских общин, проживающих в различных субъектах российской федерации и в зарубежных странах? Нет. Более того, одним из ее результатов стало определенное разделение, разобщение черкесской общественности. Одним словом, налицо осложнения, вызванные не всегда рациональными действиями некоторых зарубежных черкесских организаций. Пассивность северокавказской общественности также сыграла свою негативную роль. В данном конфликте, оппонирующими сторонами которого можно назвать черкесские организации в диаспоре и российский центр, северокавказская общественность могла сыграть более активную позитивную роль, однако выбор оказался не в пользу деятельного вмешательства в ситуацию.

Послеолимпийские перспективы


Хотя после развала СССР прошло уже более 20 лет, Россия все еще находится в процессе поиска и утверждения своей новой идентичности. Судя по происходящим процессам реструктуризации административно-территориального устройства, руководство России пытается уйти от модели союза республик. Однако вопрос – к какой модели стремится российское общество – к укреплению государства-корпорации или к созданию полиэтничной гражданской нации, или к какой-либо третьей модели – все еще остается неясным. В этом контексте, взаимоотношения российского центра и Северного Кавказа, и в частности, Москвы и черкесского народа, являются одним из краеугольных проблем в развитии российского государства.

Важный момент относительно дальнейших шагов по модернизации России связан с тем, какие современные вызовы российское руководство считает наиболее угрожающими российским интересам. На Северном Кавказе, по многим основаниям – это идеология и подполье радикального ислама. Фактически реальной альтернативой этому являются национальные движения, которые не видят своего будущего в исламе, растворяющем в себе все этническое. В данном отношении, как бы ни раздражали представителей центра этнически ориентированные организации, они могли и должны были стать союзниками в реальной битве за стабильность на Кавказе. Осложнение черкесского вопроса в России – это результат ошибок, пассивности и недооценки долгосрочного прогнозирования российских и адыгских политических элит.

События в Чечне, с сепаратизмом которой Кремль так неистово и жестоко боролся на рубеже XX и XXI веков, показали, как быстро в историческом плане может произойти подмена внешними силами национального движения борьбой за распространение радикального ислама. Если не принимать и не пытаться понять этно-национальный вектор общественных настроений на Кавказе, то дагестанский вариант развития событий, когда происходит повсеместное проникновение и укрепление салафизма, может стать наиболее вероятным и в других республиках.

Исходя из сложившихся реалий нам представляется, что все народы Северного Кавказа глубоко заинтересованы в том, чтобы оставаться в едином пространстве, поскольку наслоение конфликтов, истоки которых происходят из далекого прошлого – с одной стороны со времен Кавказской войны и связанных с ней изгнаний и переселений, с другой – в периоде расцвета социалистического интернационализма, позволившего перекроить весть Кавказ, с третьей стороны – берут начало уже во время и после перестройки, когда с новой силой вспыхнули территориальные споры и прогремели чеченские войны. В ином случае это неизбежно приведет к кровопролитным столкновениям между соседними народами Кавказа. С другой стороны, вся динамика современного развития ситуации – рост антикавказских настроений в центральной России и антикремлевских – на кавказских рубежах, свидетельствует о том, что современное состояние дел никак не может удовлетворять ни власти, ни общество.

Единственным выходом в данном отношении нам представляется начало совместного, с участием всех заинтересованных сторон, поиска той модели реформирования государственного устройства современной России, которая будет отвечать запросам и центра, и республик, обеспечивая развитие и стабильность отдельных республик и страны в целом. Возможно, необходимо вновь продумать плюсы и минусы усеченного в последнее время принципа федерализма. М.б. полезно будет рассмотреть и элементы конфедерации и такого нового, возникшего в области международной экономики явления, как глокализация[9]. Понятно, что для организации и эффективности подобного поиска потребуется большая креативность, обширные знания, глубокое взаимоуважение и вера в реалистичность нового стабильного и справедливого порядка на огромном евразийском российском пространстве.

[1] На этом историческом собрании приняли участие представители практически всех адыгских субэтносов, убыхи и представители ряда абхазских обществ.
[2]http://circassia.forumieren.de/
[3]А.Абрегов. Интервью Агентству политических новостей. http://www.apn.ru/publications/article28417.htm 05.11.2013
[4]А.Бешто. Интервью Агентству политических новостей.http://www.apn.ru/publications/article28417.htm 05.11.2013)
[5]Из интервью Ибрагима Ягановаhttp://hekupsa.com/mnenie/konferentsiya/1810-of-lajn-konferentsiya-s-ibragimom-yaganovym-21-10-2013
[6] Подрабинек
[7]Данная тема всесторонне освещена и проанализирована в фундаментальном труде Г.Н.Колбая "Сочинская Олимпиада в глобальной политике" М., 2013,
[8]СуфьянЖемухов. Грузия разыгрывает черкесскую карту. "OpenDemocracy" 13/11/2010.
[9]Травина Е.М.Этнокультурные и конфессиональные конфликты в современном мире. СПб: Изд-во СПб ун-та, 2007.

allsmediamonitoring.blogspot.ru

Арда Инал-Ипа: Сочинская Олимпиада и обострение черкесского вопроса
 (голосов: 0)
Опубликовал administrator, 18-12-2013, 02:55. Просмотров: 1899
Другие новости по теме:
В Грузии конференция по "черкесскому вопросу" потребовала бойкота зимней ...
Авторы «Черкесиады 2012» выступили против решения по земле в КБР
Создание «Совета черкесских организаций» или МЧА – «Дубль два»
"Общество друзей черкесов Кавказа" в Иордании считает, что Госдума России ...
"Где кровь черкесская текла…" - Наима Нефляшева